Книга Эхо Мертвого озера, страница 58 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

В окна льется столько солнечных лучей, что помещение, обшитое деревянными панелями, кажется не мрачным, а светлым и просторным. В центре – большой деревянный письменный стол, развернутый к двери. За ним – стена с фотографиями. На большинстве один и тот же мужчина, пожимающий руки разным людям. Почти никого не узнаю́. Наверное, какие-то местные знаменитости и шишки.

Тот самый мужчина с фотографий встает из-за стола и подходит ближе.

— Миссис Проктор, – он протягивает руку. – Доброе утро. Я шеф Паркс. Рад познакомиться.

— Миз, – поправляю его.

Кажется, он слегка смущен, но прячет это за улыбкой.

— Простите, мэм. Виноват, ошибся. Что ж, миз Проктор, рад познакомиться.

Я протягиваю руку, и мои пальцы тонут в его пятерне. Шеф Паркс крупный мужчина и, наверное, всегда был таким. Явно из тех, кто играл в школьной команде в защите^[19], но с годами его мышцы одрябли. У него мощная шея, а круглые глазки на широком лице кажутся маленькими. Верхняя губа скрыта густыми каштановыми усами – более рыжего оттенка, чем волосы.

Он указывает на одно из кожаных кресел возле стола:

— Могу я вам что-нибудь предложить? Кофе? Чай?

В каких бы полицейских участках мне ни доводилось бывать, кофе там везде одинаковый – крепкий, густой, со вкусом вчерашней заварки. Поэтому я отвечаю «нет, спасибо» и усаживаюсь в кресло.

— Итак, миссис Мейвезер сообщила, что вы частный детектив.

Как я понимаю, миссис Мейвезер – это секретарша в приемной.

— Да, – я начинаю доставать удостоверение.

Он машет рукой:

— Не стоит. Значит, Ларсоны наняли вас расследовать исчезновение их дочери?

Я снова киваю:

— Они обратились в агентство, в котором я работаю, и мне поручили это дело.

Паркс вздыхает и складывает указательные пальцы домиком у себя под носом, размышляя. В таких случаях вариантов развития событий обычно два. Шеф может занять оборону из-за того, что Ларсоны привлекли постороннего детектива, тем самым косвенно поставив под сомнение возможности местных полицейских, – или он будет рад дополнительной помощи.

Я предполагаю первый вариант. По опыту знаю: очень немногим служителям закона нравится, когда им не доверяют.

— Это дело, – наконец произносит Паркс, прищелкивая языком и качая головой, – до сих пор не дает мне покоя. Я сто раз спрашивал себя, можно ли было сделать что-то еще и дало бы это результат.

Его слова удивляют. Так редко можно услышать от полицейского, не говоря о шефе полиции, готовность признать возможные ошибки.

— Вот как?

— Я был уверен, что мы найдем пикап, на котором она уехала, и того парня, который был за рулем, и получим ответы на все вопросы. – Он широко разводит руки и опускает их. – Но у нас ничего не вышло. Или машина уже на дне какого-нибудь озера, или разобрана на детали и валяется на свалке, или так далеко, что мы никогда не сможем ее найти.

Хотя шеф с готовностью говорит о расследовании, я все равно стараюсь действовать осторожно, чтобы не обидеть его.

— Что вы предприняли, чтобы найти пикап?

Паркс слегка улыбается:

— Понимаю, о чем вы: маленький участок, мало людей – да что мы вообще можем?

Я молчу, не возражая.

— Так и есть. У нас всего пять офицеров, и двое работают неполный день, но я знаю, куда обратиться за помощью, если понадобится. И когда Ларсоны позвонили мне, я тут же понял: понадобится помощь. Сразу связался с Бюро расследований и Центром по розыску пропавших людей Северной Каролины. Мы установили блокпосты на всех дорогах в город и из него, объявили в розыск по всему штату и Джульетту, и машину. Проверили все камеры контроля скорости на шоссе и в больших городах. Когда это ничего не дало, прочесали местность вокруг Гардении с помощью беспилотников. Мы делали все возможное, и у нас было много зацепок, но, к сожалению, безрезультатно.