Книга Мертвое озеро. Возвращение, страница 154 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

— Ладно, проехали… – Ланни замолкает. В любой другой семье следующими словами были бы «Больше так не делайте». К сожалению, мы не похожи на другие семьи. И никто из нас не может этого обещать.

Как бы мне ни хотелось помчаться к Кец и обнять своих детей, я знаю, что впереди еще долгая ночь.

— У меня все еще не было возможности поговорить с врачами насчет Сэма. Наверное, я тут задержусь. Вы не против и сегодня заночевать у Кец?

— Конечно, мы уже договорились. Кец и Хави сказали, что мы трое можем оставаться у них сколько пожелаем. – Дочь делает паузу и добавляет: – Уверена, что ты в порядке? Или просто не говоришь, чтобы я не паниковала?

Я делаю над собой усилие, чтобы произнести как можно проникновеннее:

— Я в полном порядке.

— Смотри, чтобы так и было дальше, – отвечает Ланни. – Может, я веду себя так, будто готова вылететь из гнезда – в каком-то смысле готова, конечно, – но не готова расставаться с тобой. Поэтому и ты меня не бросай.

У меня перехватывает горло.

— Не брошу, – обещаю ей. – Ни за что.

В бокс входит медсестра – снимает мои показатели и дает чистый хирургический костюм и стопку теплых одеял. Сообщает, что Сэм стабилен и его отправили наверх, сделать снимки головы – убедиться, что нет переломов или внутричерепного кровоизлияния. Как только его переведут в палату, мне можно будет его увидеть.

Я быстро переодеваюсь; все тело буквально утопает в экстазе, когда я заворачиваюсь в теплое одеяло. Даю себе минутку отдышаться, прежде чем вернуться к событиям вечера.

Я до сих пор продолжаю ощущать, как качалась лодка, когда Мэдисон уговаривала меня, а потом угрожала нас опрокинуть. Продолжаю слышать, как она безмолвно кричала, когда мы упали в воду и цементный блок тащил нас на дно. Вижу боль у нее на лице, когда она поняла, что я не та, кем она меня считала. Не могу не вспоминать, какой теплой казалась ее кровь по контрасту с ледяной водой озера…

Трясу головой и встаю с больничной кровати. Достаточно! Мэдисон хладнокровно убивала людей. Охотилась за ними, выслеживала, пытала и казнила. Она чудовище. Как Мэлвин.

«Она стала монстром по твоей вине, – шепчет голос у меня в голове. – Она убивала ради тебя».

Я прижимаю к груди кулак, сердце сдавливает знакомое чувство вины. То же самое я раньше думала про Мэлвина – что не спохватилась вовремя и не остановила его. Привычные самообвинения проносятся у меня в мозгу: если б я задавала больше вопросов, если б была внимательнее, если б сложила два и два…

К счастью, приходит врач, отвлекая меня от раздумий. Он сообщает, что снимки у Сэма чистые – ни переломов, ни кровоизлияния. Правда, у него сотрясение мозга, а поскольку оно не первое, его оставят на день-два под наблюдением. Выздоровление может занять некоторое время, но он полностью поправится.

Я едва не плачу от облегчения, но беру себя в руки, пока доктор провожает меня до палаты Сэма. Войдя, застываю на пороге, шокированная зрелищем: Сэм на больничной койке, в окружении трубок и мониторов. Он обнажен выше талии, к его груди прикреплены датчики. На руке белая повязка, еще одна – на голове. Вокруг прикрытых глаз багровые круги, лицо бледное. У меня заходится сердце, но я заставляю себя сжать челюсти и подавить слезы, царапающиеся в горле.

«Он жив, – напоминаю себе. – С ним все будет хорошо».