Книга Нежеланный брак. На грани развода, страница 72 – Анна Окс

— Может, у вас с Вячеславом сложится что-то. Он раскаялся и любит тебя, я это знаю.

— Ты себя слышишь? — кричу и Бог видит, еле держусь на ногах. — Я тебе говорю, Али, я тебя люблю. Ты понимаешь значение этих слов? Мне всё равно, что сейчас ты не можешь ходить, потому что я знаю и уверена, что мы справимся и ты встанешь на ноги рано или поздно.

— Шансы невеликие. — безнадежно отвечает.

— Но они есть! А еще есть я и наш ребеночек. Ты готов отказаться от нас? Ты не хочешь быть рядом и видеть, как развивается наш малыш у меня в животике? Ты не хочешь видеть его пинания? Не хочешь видеть, как он рождается и быть в этот момент рядом со мной? Ты не хочешь больше быть моей опорой, Али? — почти шепчу.

Голос предательски дрожит и вместо внятных звуков я издаю что-то похожее на писк.

Слез больше нет.

Жизнь нещадно бьёт меня то в одну сторону, то в другую.

Человек, с которым я думала о будущем и то, что нас никто и ничто не разлучит — хочет развестись со мной.

Наверное, я когда-то что-то сделала не так и судьба меня наказывает. Вот только бы знать за что…

Сегодняшний день выдался одним из самых насыщенных. Видимо поэтому мой организм не выдерживает и я чувствую разлившееся тепло между ног.

Смотрю вниз, куда муж переместил взгляд и вижу маленькие ручейки крови с внутренней стороны бедра.

Они завораживающе стекают по капельке на пол по моим чулкам и новое осознание меня толкает в бездну.

— Врача вызови немедленно. — Али обращается к стоявшему истуканом адвокату. Мужчина выбегает из палаты, а я поднимаю взгляд на мужа.

— Живи вдали от нас. Надеюсь, так ты будешь счастливее. — слова сами вырываются из горла.

Медленно иду к двери где меня перехватывают врачи и укладывают на каталку.

У меня уже нет сил бороться за кого-то. Я устала и тоже хочу отдохнуть.

Али

Кемаль везет меня на коляске в палату, куда определили жену.

Ненавижу. И коляску эту чертову, что не дает мне самому передвигаться и заботиться о любимой женщине. И себя. Себя особенно.

— Сегодня был слишком напряженный день для неё. В её положении это тяжелее вдвойне. — друг тихо начинает разговор.

— О чем ты?

Ненавижу себя за то, что заставил её нервничать. Нужно было дать ей остыть.

Она приехала ко мне, услышав радостные новость о том, что я очнулся, а тут я с бумагами на развод.

Я не могу, нет, даже не так. Я не хочу быть никчёмным мужем, который не сможет взять на руки своего ребенка. Который не сможет подкидывать его и бегать по двору вместе с ним.

Я не смогу взять любимую жену на руки, когда захочу. Я не смогу быть полноценным мужем.

Я — калека. Одно это слово втыкает миллионы игл в моё тело.

— Я тебе лучше потом расскажу. — голос друга выдает его нервозность. Даже интересно, что произошло в моё отсутствие.

— Если уж начал — договаривай. — рычу. Я готов срываться на всех сейчас.

Каково было моё удивление, когда я очнулся и понял, что не чувствую конечностей. Я тупо не мог поднять ноги. Я не мог пошевелить пальцами на ногах.

Я был слишком беспомощен, когда у моей жены пошла кровь, а я даже не смог встать и подойти к ней, чтобы отнести её к врачам.

Зачем я ей? Чтобы усложнять жизнь? Так ей и так скоро будет сложнее. Врачи сказали, что плод удалось сохранить, слишком он схватился за жизнь, но беременность будет тяжелая.