Книга Борись за мою любовь, страница 35 – Мария Манич

Помню, как хотела кричать, а получалось только шептать.

Я помню не перестававший звонить телефон с тонкой сеткой трещин по экрану, который валялся у моих ног в осколках стекла.

Я столько всего помню...

Только Фила не помню.

10

Трудно не пережить такое, трудно после начать жить заново. Радоваться, быть счастливой, открывать глаза каждый день, как будто и не было ничего.

Я каждый день начинаю с того, что повторяю про себя как мантру слова: ”Фил — умер”, “Фил мне больше никогда не позвонит”, “Я больше его никогда не увижу”. Возможно, потому что я не помню его в тот самый момент, который навсегда нас разлучил, мне сложно принять то, что его больше нет. Действительно нет.

Память сыграла со мной злую шутку, отрезав и забрав часть моментов аварии и того дня. Я помню, как в один миг была самой счастливой, а потом моё хрупкое счастье дало трещину и рассыпалось на несколько тысяч осколков. Буду ли я снова когда-нибудь счастлива? По-настоящему. С замирающим сердцем и искренней улыбкой. Не знаю.

Пока мне сложно представить, какое будет оно, моё завтра. Я стараюсь жить каждый день здесь и сейчас. Механически выполняю ряд одинаковых действий. А ещё я жду... звонка. Или нового сообщения. Хоть чего-то. Какого-то знака. Попахивает сумасшествием, но иначе просто не могу заставить себя встать с кровати.

Головой понимаю, что это невозможно. Сердце, если оно у меня ещё есть, понимать это отказывается.

Первые дни после аварии я просто сидела и смотрела в одну точку.

Сжимала в руках разбитый телефон и постоянно набирала заученную комбинацию цифр. Звонила, снова и снова. Без ответа. Каждый раз, когда звонок сбрасывался, нажимала “перезвонить” и звонила снова. Пока абонента не отключили.

Я звонила его сестре и спрашивала, когда она сможет позвать Филиппа к телефону.

Ответом мне были сдавленные всхлипы.

Я правда не понимала всей ситуации. Просто отказывалась это делать. Почти не спала, не ела, всё ждала.

Сейчас мои чувства притупились. Боль не ушла, нет. Она теперь другая. Я могу есть, спать и не думать. Но всё ещё жду.

Мне часто снится один и тот же сон. Я тону.

Воды везде много, она холодная, тёмная. Я не чувствую рук и ног. Просто вязну в пучине, барахтаюсь изо всех сил. А потом сдаюсь. Проживаю агонию, а потом просыпаюсь. Резко распахиваю глаза. Я всегда мокрая, потная. Мне холодно и страшно. Поэтому я больше не могу уснуть. Либо просто лежу, смотрю в темноту, либо включаю аудиосообщения, которые я уже знаю наизусть, и слушаю... слушаю. Психолог говорит, это последствия эмоциональной травмы. Не той, что я пережила сейчас, а той, что была давно. Эмоции и чувства наложились друг на друга. Всё переплелось и срослось воедино. Смерть Фила стала спуском для лавины эмоций, которые живут во мне. Я не знаю, как с ними справиться и не сойти с ума.

Маме надоело смотреть на мои страдания и метания, она придумала продать квартиру и под этим предлогом отправила меня в Россию. Я понимаю, что она тоже переживает. Не знает, как помочь мне, а я не знаю, хочу ли принимать эту помощь. Просто всё вокруг вдруг поблекло и перестало иметь смысл.

Как мне найти этот самый смысл, если Фила больше нет?

Иногда я пишу ему сообщения.

Просто рассказываю, как у меня дела. Что я делала за день или что смогла поесть. Выплескиваю все свои скупые мысли и эмоции в эти сообщени как в личный дневник. Отправляю их ему и жду. Вдруг ответит?