Книга Сопротивляйся, страница 47 – Мария Летова

— Ну а у меня – личный, – ставлю его в известность.

За спиной хлопает дверь.

Метнув туда глаза, он вдруг делает ко мне шаг и теснит в сторону, пропуская проходящего мимо мужчину.

Мои лопатки касаются стены, грудь касается перевязанной руки Чернышова. Еще чуть-чуть, и он упрется своими бедрами в мои, но вместо того, чтобы отступить, когда мы снова остаемся одни, он не двигается с места, оставив между нами почти несуществующее расстояние.

Возможно, меня слишком давно не касался кто-то, кроме сына, иначе как объяснить то, что моя грудь в секунду потяжелела и соски напряглись.

Деревенею, вскидывая голову.

Глаза упираются в его шею и кадык.

Мне приходится задрать подбородок, чтобы смотреть в его лицо, когда с угрозой спрашиваю:

— Что ты делаешь?!

С частыми вдохами в нос попадает запах его туалетной воды. Может быть, этот запах ядовитый, потому что меня встряхивает.

Его лицо так близко, что я вижу каждую морщинку на лбу. Вижу цвет его глаз, даже в этом тусклом свете.

— Не знаю, – отвечает Руслан.

Кружу глазами по его лицу. Он изучает мое.

— Чернышов… – говорю предупреждающе.

Подняв здоровую руку, он кладет ладонь на стену рядом с моей головой.

— Мне больше нравится, когда ты называешь меня по имени. Понравились мои цветы?

Несмотря на праздный тон, я чувствую, как напряжено его тело, будто он боится сделать хоть одно резкое движение.

Сверлю его глаза своими, разрываясь между тем, чтобы со всем безразличием и вежливостью попросить сделать два шага назад и тем, чтобы побыть сукой, с которой он так хорошо знаком.

Я выбираю второе.

— Я их выбросила. Цвет не тот.

Секунду он смотрит на меня с наигранной серьезностью, а потом растягивает губы в насмешливой фальшивой улыбке.

— Я это предвидел, поэтому отправил еще один.

— Слишком много суеты за то, что я вызвала тебе врача.

— Моя суета – мелочь. Ты не поленилась даже заскочить в мою палату.

Молча смотрю в его глаза, пытаясь поставить свое сердце на место.

Он дал исчерпывающий ответ на все мои вопросы. Он все помнит.

— Чего тебе надо? – спрашиваю зло. – Тебе и голову заодно травмировали?

— Давай поужинаем, – твердо произносит мой бывший муж.

Я приоткрываю рот, потому что действительно шокирована.

Его лицо предельно серьезно. Глядя на него, я кручу в голове два произнесенных Чернышовым слова, нихрена не понимая.

— Что значит, поужинаем? – сдаюсь, наконец.

Втянув в себя воздух, он делает долгий выдох и говорит:

— Обыкновенно. Как мужчина и женщина.

Смятение в моей душе, как ураган. Все, что я делаю в течение следующих секунд – просто моргаю.

— Ты больной? – спрашиваю сипло.

Кажется, я задала правильный вопрос. То, что он тянет с ответом, тому доказательство.

Лавина воспоминаний делает меня дерганой. Я пытаюсь вспомнить, когда в последний раз ходила с ним в ресторан как “мужчина и женщина”. И не могу. Не могу вспомнить. Может быть, когда была беременна нашим сыном?

— Я в норме, – чеканит наконец-то. – Так что?

Упираюсь глазами в его плечо. Все это кажется мне нереальным, но его запах настоящий. Когда я снова смотрю в его лицо, мне кажется, что у меня под кожей иглы.

— У меня есть мужчина, чтобы поужинать, и для того, чтобы сходить с ним в ресторан, мне не нужно четыре года ждать своей очереди, – бросаю в него эти слова.