Онлайн книга «Единственный»
|
— Это кто? — спрашивает. Мазнув по лицу салфетками, отвечаю: — Моя девушка. Не могу тебя отвезти, возьми такси. Быстро пакую в карман телефон и ключи от машины, трусцой направляясь к выходу, двери которого только что закрылись за Яной. Убираю с дороги какого-то пацана, прорычав: — Дай пройти. На бешеной скорости сканирую погруженную в сумерки улицу, выйдя из кафе. Сердце молотит по ребрам, разгоняется. Срываюсь с места вслед за мелькающим на тротуаре белым сарафаном в цветочек, который находится достаточно далеко, чтобы понимать — Яна по тротуару почти бежит. Нагоняю ее шагов за десять, собирая носом след от знакомых духов в воздухе. — Яна… — хватаю за запястье и разворачиваю к себе. Картинка полосует по кишкам. Она… плачет… Она… блядь… плачет по-настоящему. И свирепо орет, толкая меня с неожиданной силой: — Отпусти! — Яна… — хриплю, обнимая ладонями заплаканное лицо. — Это никто… — произношу нереальную тупость. — Друг семьи. Просто знакомая… Сквозь дерьмо возникшей ситуации ощущаю отчетливый прилив тактильного голода. Я соскучился по ней за эти три дня. Это понимание не менее отчетливое. И голод тоже. Лицо, тело, голос. Я соскучился по всему. С новой вспышкой гнева Яна бьет меня по рукам и выкрикивает: — Мне все равно! Встречайся с кем хочешь! Ты болезнь! Я переболею тобой, забуду! Эти слова вызывают вспышку агрессии в венах. Бешеное желание стереть сказанное в порошок. В долбаную труху. Доказать себе и ей что этого никогда не будет. Сдавив тонкое плечо, дергаю к себе и накрываю ладонью затылок. Целую жестко. Мягкие полные губы под моими дрожат, но потушить собственную злость в секунду не выходит, поэтому давлю языком, заставляя пустить себя в горячий гладкий рот… Яна кусается. — М-м-м… — отдергиваю голову, языком пытаясь унять вспышку боли в нижней губе. — Блядь… — Отпусти! — снова бьется в хватке, которую слегка ослабляю, но для того, чтобы ей вырваться на свободу этого не хватит. На нас оборачиваются прохожие, а меня вяжет гигантское желание привата. Перехватив руку Яны поудобнее, веду к скверу прямо впереди. Сопротивляться ей ничего не мешает, но она этого не делает, тем не менее ее тело деревянное, — чувствую это через свою хватку. Пройдя во вход с пальмами по бокам, наобум выбираю направление. Выложенная камнями дорожка приводит к смотровой площадке. Разжимаю пальцы, и Яна отпрыгивает к парапету. На море за ее спиной лунная дорожка. Ветер приносит снизу запах йода, и я жду, пока он прочистит мне мозги. Поставит их на место. Вышагиваю вперед и назад, положив на пояс руки. Яна наблюдает за мной, часто и громко дыша. Колотится. Вижу, как дрожит ее подбородок. В глазах обида и злость. Все то, что я заслужил… — Я все свои слова хочу забрать назад, — говорю, развернувшись к ней. — Все, что сказал тебе тогда. Я… хочу извиниться… Выдохнув, она отворачивается. Я вижу, как по ее щеке катится слеза и как дергает трахея на шее. Запускаю руки в волосы, объявляя: — Ты мне нужна. — Ты меня бросил, — выплевывает, повернув ко мне голову. — Прости… я сделал большую глупость. Я сильно разозлился, — смотрю на нее исподлобья. — Забудь все, что я сказал. Она мотает головой. Чуть заметно, едва, твою мать, заметно, но это символизирует отказ. Я злюсь. Закипаю. Потому что не знаю, как заставить ее делать то, что мне нужно. Давить бесполезно. Она слишком, блядь, независимая личность. И слишком любит от меня убегать. |