Книга Под кожей, страница 98 – Мария Летова

Они недавно переехали, так что всю дорогу я пользуюсь навигатором. В их новом доме я впервые, и он от города значительно дальше, чем предыдущий. Из-за этого мы слегка опаздываем — это моя вина. Я не рассчитала время, но у моей рассеянности есть веская причина, и она меняет мою жизнь настолько, что я могу, черт возьми, себя простить.

В качестве парламентера у ворот нас встречает Милана.

Девочка одета в критически короткую юбку, а на лице у нее провокационный макияж, и во всем ее образе акцент на черный цвет. Этот подростковый вызов обществу заставляет меня улыбнуться.

— Привет, — говорит она скучающе. — Папа сказал, чтобы ты поставила машину там… — на пальце, которым Милана тычет в свободное место во дворе, черный лак.

Подняв стекло, я паркуюсь.

— Как у тебя дела? — спрашиваю Милану, выйдя из машины.

Она ждет, пока я помогу выйти из машины Сабине и пока достану из багажника подарок.

— Хочу слинять, — закатывает она глаза. — Мама не отпускает.

Бросив взгляд на дом, замечаю:

— У вас красиво.

— Угу, — бубнит Милана. — У меня комната на третьем. И своя отдельная ванная. Наконец-то. Хочешь, покажу?

Вдохнув воздуха, я пытаюсь расчистить место для гремучей обстановки, которая настойчиво окружает — из дома слышна музыка и голос аниматора в микрофон.

— Да… — снова посылаю девочке улыбку.

Она провожает нас в дом, показывая, где раздеться.

Дом украшен — на потолке море гелиевых шаров. Это море разных оттенков розового, Сабина в восторге. Ей не терпится присоединиться к детскому визгу, который грохочет откуда-то из глубины дома. Пока я обуваю ее в лаковые сандалии, дочь вертится на месте, мешая. Пальцы и без того меня не слушаются, поэтому шикаю:

— Саби!

В гостиной, которая отведена под мероприятие, действительно работают аниматоры.

Комната расчищена от лишней мебели, но даже без нее я вижу руку Лиды в оттенках и мелочах, словно интерьер своего предыдущего дома она перевезла в этот почти нетронутым.

Милана объясняет, что ее мать занята фотосессией. Оставив Саби с детьми, я отправляюсь вместе со старшей дочерью Галицких в столовую, где оборудовали фотозону.

Здесь достаточно знакомых лиц, чтобы моя улыбка стала картонной. Все присутствующие здесь женщины так или иначе полировали мои кости, не сомневаюсь в этом. Улыбки, которые получаю в свой адрес, сильно скрашены шампанским, его разливает парень в белой рубашке.

Лида позирует с малышкой фотографу. На девочке пышное розовое платье, она невероятно милая.

Я машу Галицкой рукой, она машет мне в ответ.

Предложение Миланы кажется мне спасательным кругом, ведь у меня появляется отличный повод не присоединяться к праздно болтающей женской компании.

— Проведешь мне экскурсию? — обращаюсь я к девочке.

Она воодушевленно кивает и ведет меня за собой, сторонясь гостиной как чумы.

Я разделяю ее чувства, мы делаем круг по первому этажу, и я осматриваюсь неторопливо.

— Там у папы кабинет, — машет она рукой на одну из дверей.

— А где он? — интересуюсь я, рассчитывая с Борей поздороваться.

— У него тоже какие-то гости, — сообщает она.

Комната Миланы действительно отлично изолирована, она занимает мансардный этаж, что в ее возрасте должно быть настоящим счастьем. Вернувшись вниз, мы проходим мимо веранды, которая ведет во двор, и за стеклом, на кромке заснеженного двора, я вижу еще одну парковку.