Книга Под кожей, страница 7 – Мария Летова

Я с трудом могу сказать, когда у нас в последний раз был секс. Теперь я знаю, что его не было только у меня, а не у нас обоих.

Рухнув в кресло, вытряхиваю из сумки телефон и зарядное устройство к нему.

Какой бардак!

Мое желание поднять глаза скорее инстинктивное. Просто чертов инстинкт толкает меня на это. Покалывания на коже. Какое-то колючее магнитное поле, от которого она чешется.

Мой взгляд падает на сидящую за столиком у окна пару.

Точнее, на мужчину в сером свитере и черных джинсах. Уперев в колени локти, он смотрит на меня через зал, пока сидящая рядом с ним девушка что-то тихо вещает.

Я застигнута врасплох, этого не отнять.

Повернув голову, прокурор Алиев переводит взгляд на свою спутницу, и я вижу, как его губы шевелятся, произнося что-то в ответ.

Выбросить из сознания факт его присутствия в моей кофейне не представляется возможным!

Пальцы зависают над клавиатурой, я пялюсь в монитор, в то время как перед глазами стоит отпечатанный трафаретом взгляд. И профиль мужчины, который мне его адресовал.

Его щеки покрыты густой щетиной. Она и вчера украшала его лицо, и за ночь, судя по всему, он зарос еще сильнее.

Ему идет.

Он вызывающе хорош собой. Все, что я слышала о его возрасте — они с Вадимом ровесники, и это действительно так. Ему наверняка не больше тридцати пяти, и облысение совершенно точно не его наследственность.

Мои пальцы все еще висят в воздухе, потому что я встречаю взгляд Дениса Алиева снова.

Отвести свой мне мешает упрямство, но смутить этого мужчину подобным вызовом, кажется, не выйдет. Он продолжает меня изучать, наплевав на то, что я в курсе.

Это свинство еще и потому, что он в компании другой женщины, которая ловит каждое его слово. Это молодая девушка. Черноволосая и красивая. Настоящая восточная красавица, и одета очень сдержанно — в трикотажное платье ниже колена, которое демонстрирует потрясающую фигуру.

— Добавил чуть-чуть фисташковой пасты. — Ильдар, мой бариста, ставит на столик передо мной кружку латте.

Обычно на пене он рисует елки, но сегодня решил сделать сердечко.

Мои губы растягиваются в кривой улыбке.

— Спасибо. — Смотрю на Ильдара. — Пахнет супер…

Следом он ставит тарелку с круассаном и желает мне приятного аппетита.

Я успела превратиться в сгусток отрицательной энергии, и фисташковый аромат, который должен согреть, не помогает.

Открыв почту, концентрируюсь на письмах. Приклеиваю взгляд к экрану, решая больше на Алиева не смотреть. Моя концентрация хромает, раз умудряюсь фиксировать все: и то, как продолжает покалывать кожа, и то, как за столиком у окна начинается движение.

Покосившись исподлобья, вижу, что наши гости уходят.

Приглушенный скрип стульев, тихие голоса.

Девушка позволяет за собой поухаживать. Ее чертов галантный спутник помогает надеть пальто, после чего одевается сам. В черный спортивный бомбер, который оставляет расстегнутым.

Я гипнотизирую взглядом монитор до тех пор, пока не звенит колокольчик.

Посмотрев на опустевший столик у окна, резко встаю, решая убрать его самостоятельно.

Это не потому, что меня подмывает избавиться от следов пребывания здесь Алиева, просто Ильдар обслуживает другого клиента, а столик у окна здесь самый востребованный.

Секунду я изучаю лежащую на столе салфетку, которую сложили в идеальный треугольник и хорошенько «проутюжили» пальцами края. Вторая просто смята, и у меня нет сомнений в том, что именно проглаженная — дело мужских рук.