Книга Будь моей, страница 63 – Мария Летова, Мария Манич

— Блять… – он стискивает челюсть, обжигая меня злым серебром своих глаз.

Смотрит, дыша так, что крылья его носа подрагивают.

Мы вечность болтаемся в гробовой тишине, сверля друг друга глазами, пока он резко не отодвигает назад свое кресло и не дергает меня на себя.

Качнувшись, как бесправная кукла, перебрасываю ногу через коробку передач, потому что Влад не оставляет мне выбора, с силой заставляя делать то, что он велит. С возней и тихим стоном я усаживаюсь верхом на его колени, пальцами впиваясь в его плечи.

Моя грудь прижимается к его, губы замирают в сантиметре от его плотно сжатых губ. Ладонями он сгребает мою задницу, задрав до талии платье, и заставляет впечататься промежностью в его пах.

От знакомых ощущений кружится голова.

Боже, как давно это было…

Прикрываю веки и прижимаюсь к его губам своими, требуя себя поцеловать.

От грубоватой ответной реакции между моих ног сжимаются мышцы.

Наши языки переплетаются в агрессивном столкновении, на которое я реагирую протяжным стоном, растворяясь в эмоциях, которые Градский вливает в меня через свое дыхание. Снова стону, когда Влад проводит по моим голым ягодицам ладонями и сжимает их так, будто хочет оставить синяки.

Его тело вибрирует. От возбуждения меня трясет.

Опустив руки, хватаюсь за пуговицу на его брюках, но Градский перехватывает мои запястья и заворачивает руки мне за спину.

Он твердый внизу, и он тяжело дышит, потемневшим взглядом упираясь в мои глаза.

Я дергаю руки, но он не отпускает, продолжая демонстративно молчать.

Освободив одну свою руку, дергает за бретельку моего платья и одновременно лифчика, освобождая грудь, на которую в ту же секунду нападает его горячий рот, а пальцы сзади ныряют в мои стринги. Размазывают влагу по ноющей от желания части моего тела и толкают сразу два пальца внутрь меня.

— Влад… – выстанываю в потолок.

Меня дергает как от удара током.

Его пах давит мне между ног. Большой твердый бугор, по которому я двигаюсь под хриплый стон самого Градского.

— Кончай, – велит он с хриплым рычанием.

Высвободив одну руку, упираюсь ей в потолок машины, продолжая со стонами вращать бедрами. Запрокидываю голову, когда рот Влада вновь захватывает мой сосок и втягивает его внутрь, слегка прикусывая зубами.

Я знаю его гребаную темную сторону. Знаю, каким он может быть в сексе. Агрессивным, испорченным! Напоминание об этом толкает меня к краю, за которым я с криками растворяюсь в этой испорченности.

— Отпусти… – прошу со всхлипом, чувствуя, как влажно между ног и как твердость Градского упирается мне туда же.

Наверное, я испортила ему брюки, но он ни единым сигналом не показывает, что его это как-то волнует, если алкоголь не прикончил во мне навык улавливать его сигналы.

Моя голова в тумане, мышцы подрагивают, но крупицы рассудка проступают через вату сознания.

Хватка на моей заднице слабеет, следы от его рук горят на коже.

Влад наблюдает за моим лицом, когда выпрямляюсь.

Его тело подо мной напряженное, как камень, но глазами он все равно выводит на моем лице цепкие прямые и косые линии, шумно дыша через нос.

— Не напрягайся, – произношу трескучим голосом, потому что в горле пересохло. – Это ничего не значит.

Поправляю лямки платья под его тяжелое молчание и соскальзываю обратно на пассажирское сиденье. Продолжаю не стесняясь упаковывать свою грудь назад под шелковую ткань и, приподнявшись, одергиваю подол на бедрах.