Книга Измена. Тени доверия, страница 12 – Алиса Зорина

Он кончил, прикусив её плечо, оставив след, который она будет прятать под платьем ещё неделю.

«Реальность не прощает побегов. Она ждёт за порогом, сложив руки, и улыбается: "Ну что, попробуем снова?"»

Полина встретила их на пороге с подозрительно невинным видом. В руках — фотоаппарат, подаренный Дмитрием.

— Вы тут без меня не шалили? — щёлкнула она кадр, ловя их спутанные волосы и намёк на след от укуса на шее Марины.

Алексей фыркнул, пряча лицо в коробке с круассанами из отеля, а Марина потянула дочь в объятия:

— Мы просто… вспоминали, как быть семьёй.

— Слишком громко вспоминали, — Полина показала им голосовое сообщение от бабушки: «Соседка снизу стучала в потолок. Говорит, у вас там слоны танцевали».

Все рассмеялись, но смех был нервным, как будто они вернулись в клетку, где воздух всё ещё пах старыми ссорами.

Марина разбирала почту в галерее. Среди писем — заказ на серию фото для журнала. Тема: «Семья: правда без фильтров». Она замерла, глядя на пустой экран. В ящике лежал снимок Алексея, спящего на полу в окружении чертежей. «Неидеальный. Настоящий», — подписала она файл, но не отправила.

Алексей в это время стоял на стройплощадке нового моста. Инженер показывал трещину в опоре:

— Надо переделывать. Иначе не выдержит.

— Значит, ломаем и строим заново, — он снял каску, вытирая пот. «Как и всё остальное».

Марина мыла посуду, наблюдая, как Алексей учит Полину геометрии. Его рука дрожала, когда он чертил линии.

— Пап, ты всё перепутал! — засмеялась девочка. — Это же не треугольник, а квадрат!

— Видишь, даже я ошибаюсь, — он взглянул на Марину. — Но это не конец света.

Она отвернулась, пряча улыбку. В голове звучали слова из отеля: «Мы продолжим». Но здесь, под люстрой с пыльными плафонами, это казалось наивным.

Он застал её в гостиной, где она рассматривала старые свадебные фото.

— Ты жалеешь? — спросил он, садясь на пол.

— О чём? О том, что осталась? Или о том, что позволила тебе вернуться?

— Обо всём.

Она закрыла альбом, пододвинув к нему вазу.

— Я жалею, что мы не научились ломать раньше. Может, не пришлось бы склеивать.

Он взял её руку, касаясь пальцами шрама от ожога.

— Давай не прятать трещины. Ни в чём.

Полина застала их на кухне. Марина в его футболке, он — с растрёпанными волосами. На столе — чертежи моста и её фотографии.

— Что это? — девочка ткнула в схему.

— Наш проект, — Алексей обнял Марину за талию. — Твой мамин мост между прошлым и будущим. А я… строю опоры.

Марина добавила в папку снимок: они втроём, обнимающиеся на фоне рассвета. Подпись: «Неидеально. Живо».

Марина ночами сортировала фотографии в галерее. Снимки «Невидимые» превратились в исповедь: женщины с усталыми глазами, руки, сжимающие осколки чашек, пустые стулья за семейными столами. Куратор настаивал:

— Нужен центральный экспонат. Что-то личное, шокирующее.

Она перебирала кадры, остановившись на фото Алексея, спящего на полу с чертежами. «Слишком личное», — подумала, но всё же добавила в папку.

Всю неделю Алексей задерживался. «Срочные совещания», «проблемы с фундаментом». Марина звонила, но он сбрасывал, обещая перезвонить. В трубке иногда слышался смех — женский.

Она заехала на стройку, чтобы отдать забытый им ланч-бокс. Увидела, как он стоит с инженером Леной — молодой, в каске и с планшетом. Она что-то показывала на чертежах, их плечи почти соприкасались.