Книга Разреши нам случиться, страница 5 – Аврора Давыдова

— Мама Лама, — раздается восторженный крик, и мне в руки летит моя любимая любовь.

— Дашка, тяжеленая. — спускаю девочку. Поворачиваю голову в сторону нашей няни.

— Лама, мне сегодня три звездочки дали. — Дарье почти семь, в сентябре в первый класс, сейчас она усердно готовиться, посещая малышковую школу.

— Ого какая молодец, дома покажешь мне свои достижения. — она часто, часто кивает. — кушать хочешь. — снова кивки. — Беги на кухню, попроси, чтобы тебя Слава покормил. И не приставай к Кости, ему работать надо. И пожалуйста постарайся не злить Михаила. — складываю руки в умоляющим жесте. Прошу, прошу. Дашку передёргивает при упоминании, моего бывшего, и не охотно, но кивает.

Смотрю вслед своей стрекозы. Да, не думала, что всего за год стану такой отчаянной мамашкой. Не представляла, что так привижусь и полюблю эту озорную девчонку. Вероника, была, как оказалась не важной матерью, часто оставляя Дашку, у престарелой соседке. Бывало на всю ночь, бывало на несколько дней. Может её и можно было бы понять, Нике хотелось построить свою личную жизнь… вот только я от своей с легкостью отказалась, когда в моей жизни появилась Дарья.

Михаил, тот самый супер шеф из Петербурга, с которым мы бок о бок, готовились к спешному открытию, и поднимали ресторан. Он долго за мной ухаживал, проявлял знаки внимания, а я не могла забыть Стёпу. Но в апрели, прошлого года сдалась, реши попробовать, и даже ездила с ним на свадьбу к Ириске, с ним мы забирали Дашу. Отношения вроде неплохо строились, только Дашке почему-то он категорически не нравился. Весь свой гнев, от смерти матери, от переезда, от непростой для маленького ребёнка ситуации, она срывала на Мише, и мужчина сдался. Спасовал перед трудностями, сам лично предложил расстаться. Я почувствовала лишь облегчение, что совсем меня не удивило. И вот я снова одна, нет, не верно, не одна, просто без мужчины.

— Давай, ложиться, спать, завтра и у тебя, и у меня трудный день. — полдвенадцатого, кто-нибудь, подскажите как угомонить этого совёнка. — Завтра сама будешь как сонная муха.

— Я не хочу рано вставать, может, прогуляем.

— А школу потом тоже прогуливать будем? — Дашка нехотя залазит в кровать.

— Полежишь со мной. — конечно куда мне деваться, плюхаюсь рядом. — споёшь.

— Опять, Дашка у меня нет слуха и голоса.

— Пожалуйста, мама мне никогда не пела. — манипуляторша. Не пела. А мне вот пела.

Отец у нас хоть и не идеальный, но бывало, забирал к себе обеих дочерей. Вероника как старшая, почему-то ревновала меня к отцу, нет, совсем плохо ко мне не относилась, но когда мы ложились спать, а спали мы в одной кровати, пела мне пятилетней, жуткую колыбельную, загробным голосом. Дернуло же меня рассказать это Дашке.

— Ладно один раз и спать. — морда довольная какая, ведь фиг та там, она одним разом обойдётся.

— Спит убитая лисичка,

Спит задушенная птичка,

Обезглавленный хомяк

Посмотри-ка как обмяк.

Утонув в зловонной жиже,

Спят в аквариуме мыши.

И на высохшем полу

Рыбки кучкой спят в углу.

Спит застреленный зайчишка,

В мышеловке дремлет мышка.

Спит, прикрывши лапой носик,

С голодухи сдохший пёсик.

Спит повешенная кошка,

Спит раздавленная блошка,

Спят усталые зверуушки,

СПИ, А ТО ПРИБЬЮ ПОДУШКОЙ!!!

Четыре раза, я исполнила этот шедевр четыре раза, прежде чем неземная красота всё же угомонилась. Хотелось курить, пить и молчать. Что за таска навалилась. Может права Криска, мне действительно нужен хороший мужик. Только не Миша, бее. Передёрнуло то как, прям на манер Дашки. Ха, ха.