Книга Спецзадание «Любовь», страница 30 – Агата Лав

— Больные у них отношения, — Смирнов не выбирает выражения.

— Тише, — а я вот пугаюсь. — Мало ли, еще услышат… Ты работаешь на этого человека.

Алексей щурится, заостряя взгляд, а через секунду усмехается. Он качает головой, мол — “вот теперь ты точно несешь глупости, малышка” и продолжает обустраиваться. Пока я потерянно стою посреди комнаты, Алексей перебрасывает свою сумку к креслу у окна. Выглядит так, будто он готовит себе место для дежурства.

— Игорь почувствовал себя хозяином, поэтому он так себя ведет. Ему нужен окрик папаши, чтобы успокоиться. Игорь боится отца до смерти, ему он и слова против не скажет.

— У тебя есть план?

— Я выйду на старшего Никольского. Это сложно, но я сделаю.

Внутри меня загорается надежда. От уверенного размеренного голоса Смирнова эффект, как от расслабляющей медитации. И звучит он логично. Во всяком случае, мне хочется верить, что ситуацию можно разрешить мирным путем.

— Это план А, — добавляет Леша, подходя ко мне.

Он как-то странно смотрит на меня, из-за чего я хмурюсь. Я не могу понять, что он хочет.

— Никак не выберешь место? — спрашивает он.

— Ты уже явно выбрал за меня.

Я указываю подбородком на подушку, которую он убрал с кушетки и отнес на кровать.

— Вот и славно. Хорошо, что ты не против. Тебе уже хватит стоять на ногах.

С этими словами Смирнов нагибается и подхватывает меня на руки. Он как будто отсчитал последнюю минуту, давая мне время отправиться в постельку самостоятельно, и больше не в состоянии терпеть мое вертикальное положение. А я шумно выдыхаю, причем через мгновение на губы наползает предательская улыбка. Я успеваю почувствовать так много, что запутываюсь в ощущениях. Легкое смущение, растущая доза симпатии, удивление и, наконец, благодарность. После Никольского присутствие Смирнова — все равно что терапия.

— А какой план Б?

— Он тебе не понравится, — Смирнов опускает меня на кровать, на которой можно поместиться вчетвером. — Вода и сок в ящике, сервисом лучше не пользоваться. Если что-то будет нужно, скажи мне. Ты голодная?

— Странно, но нет.

Он кивает и убирает руки с моего тела. Но я не даю ему отстраниться так быстро, я тянусь следом и целую его в щеку. На пару мгновение дольше, чем следовало бы…

— Что это? — он зависает.

— Это “спасибо”, Алексей.

Мне хочется добавить “спокойной ночи”, но он то как раз спать не собирается. Поэтому я лишь коротко улыбаюсь ему, любуясь его потемневшими глазами и вбирая последний глоток его мужского запаха. А потом закутываюсь в одеяло и устраиваюсь поудобнее, чтобы снова попробовать заснуть.

Завтрак в постель.

Утро начинается, как в романтическом фильме. Я открываю глаза и сразу замечаю тарелку с кашей и кусочками фруктов. Также на подносе стоит стакан с водой и стеклянная бутылочка сока.

— Доброе утро, — голос Ксении раздается рядом.

Ох.

Я поднимаю взгляд выше. Ксюша переминается с ноги на ногу и выглядит так, что мне передается ее чувство неловкости. Это так нелепо. Сначала в поведении Смирнова промелькнули эти нотки, теперь вот Ксения не знает куда себя деть. Они оба чувствуют себя виноватыми, в то время как настоящему виновнику — Никольскому — плевать.

— Доброе, Ксюша, — отвечаю миролюбиво. — Который час?

— Только семь. Я решила, что ты рано проснешься.