Книга Мамин сибиряк, страница 3 – Юлия Резник

Тут никто бы не выдержал. Тихонько похрюкивая от смеха, я опустила голову на сложенные на столе руки, содрогаясь в накатывающих один за другим приступах хохота.

— Да что с тобой?! Сейчас всех перебудишь!

— Ой, точно! Пойду гляну, как там Граф. Что-то долго он не отходит.

А дальше так закрутило, что о мамином сибиряке я забыла и думать. То песика привезли с температурой, то отощавшего до состояния скелета кота.

— На что жалуетесь? – строго поинтересовалась я у не менее тощих хозяев.

— Да что-то наш Геракл стал себя плохо чувствовать…

Это еще мягко сказано. Я бы добавила, прости господи, что их Геракл умирал. Казалось, за несколько лет, что я подрабатывала сначала медсестрой, а потом уж и врачом в ветеринарке, я повидала много. Но настолько истощенного четвероногого я, пожалуй, встретила впервые. Не без труда мне удалось выяснить, как так вышло. Кота не кормили мясом. Вообще. Никаким. Смерив горе-хозяев строгим взглядом, я разразилась долгой лекцией на тему того, что кошка, вообще-то, хищник. Что она нуждается в белке животного происхождения и просто не в состоянии вырабатывать нужные организму ферменты, не получая этого самого белка! И знаете что? Я могла собой гордиться. За свою довольно долгую речь я ни разу не повысила голос, а ведь как мне хотелось выцарапать этим «просветленным» глаза!

— Ясно, – трагично вдохнула хозяйка питомца. – Что же делать?

— Понемногу вводить в рацион кота мясо. Я расскажу как, но прежде…

— Постойте! – перебила меня веганша. – Мы не можем этого сделать.

В полной растерянности я повернулась к ее спутнику. Но моя надежда на то, что мужчина проявит больше здравомыслия, разбились о его не менее патетичное:

— Да! Наши ценности не позволяют нам убивать живые существа.

— Серьезно? – саркастически заметила я. Что было, конечно, очень и очень непрофессионально. Но тут бы и святой не удержался, ей богу.

В итоге парочка тупо сбежала, оставив переноску с котом у входа.

— И что мне делать? – я растерянно почесала в затылке.

— Понятия не имею, – всплеснула руками Зина. – Сколько работаю, а это без малого сорок лет, удивляюсь таким людям. Придется опять искать волонтеров…

— Ага. Придется. А лечить его как?

— Как-как, за свои, естественно. У нас тут не благотворительная организация. Если не проведем оказанные услуги через кассу, Федя нас сам сожрет. Ты его знаешь…

Федей в нашей ветеринарке за глаза называли владельца клиники – Федора Николаевича Зверева.

Я заглянула в банковское приложение. Стремящийся к нулю баланс кричал о том, что если оплачу лечение Геракла, отощаю не меньше его. Впрочем, я же сошлась на мысли, что голодовка моей фигуре пойдет только на пользу! Так что… Вздохнув, я поплелась ставить бедному котику капельницу.

Отпахав двойную смену, домой я приползла лишь к вечеру следующего дня. Как всегда, покрутила головой, любуясь красотой новенького ЖК с собственной набережной и двухуровневой прогулочной зоной. Кто-то мог бы сказать, что восемнадцатиметровая конура – не бог весть какое жилище, и первым, кто бы это сделал, был бы мой бывший, но я страшно гордилась тем, что купила ее сама. Пусть даже под грабительский процент в ипотеку. Я смогла! Я не осталась на улице, как мне это предрекал Женя. Более того – мне в кои веки подфартило, и я обзавелась, да, каморкой, но в отличном жилищном комплексе! Было у меня подозрение, что изначально эта маленькая несуразная конура с пятиметровыми потолками была вообще не предназначена для продажи. Но потом планы застройщика поменялись. И вуаля! Я живу, считай, в пентхаусе, зажатом между… реальными пентхаусами нормальных габаритов.