Книга Соблазн в мегаполисе, страница 15 – Виолетта Рей

Это было похоже на предсмертное признание или угрозу разоблачения. И здесь фигурировали инициалы «Дж. М.» – Джон Маршалл? Но что значит «ни ему, ни его жене» – ведь миссис Маршалл тоже могла быть в сговоре или, напротив, могла желать отстранить мисс Рэндалл от семьи любой ценой.

— У нас есть основания подозревать, что мисс Рэндалл была убита, – сказал он, повысив голос, чтобы его слышали все. – Но пока неясно, умышленно ли и кто совершил это преступление. Однако письмо, найденное среди её вещей, и показания нескольких свидетелей позволяют предположить, что ключ к разгадке – в тех самых «финансовых махинациях».К тому моменту особняк окончательно превратился в место расследования. Слуги и гости столпились внизу, ожидая решения: кого арестуют, кого отпустят. Инспектор Дойл приводил каждого к себе в кабинет, задавал вопросы, что-то помечал в блокноте.

Он тяжело посмотрел на мистера Маршалла, стоявшего чуть поодаль с потухшим взором. Тот словно постарел на несколько лет за одну ночь. Миссис Маршалл стояла рядом: вид у неё был бледный, но решительный. Мистер Гарольд держался в тени, понимая, что тоже под подозрением.

— Мы продолжим расследование, опрашивая каждого из присутствующих в доме, – продолжил инспектор. – Пока прошу всех воздержаться от поездок. Это официальное требование следствия.

— Джон, достаточно. Расскажи всё, иначе это кончится катастрофой.И тут миссис Маршалл сделала то, чего, кажется, никто не ожидал.

— Хорошо… Но это долгая история.Я увидела, как мистер Маршалл побелел, словно из него вытянули кровь.

Никто не шелохнулся. Слуги, гости, полицейские – все ждали этого признания. В свете утра, пробивающегося сквозь тяжёлые шторы, мистер Маршалл начал рассказывать об инвестировании, о том, как он искал тайные пути увеличить доход семьи, о бюрократических проверках, которые могли погубить его репутацию. Признался, что просил мисс Рэндалл вложить деньги в их предприятие, взамен предлагая ей «дружескую протекцию» и выход к влиятельным лицам.

— Она была отчаянна, – говорил он, пряча взгляд. – Я обещал ей гарантии, чтобы успокоить, – но не смог сдержать слово: проверка грозила разоблачением, а тогда мисс Рэндалл потеряла бы всё…

— Но этого мало, чтобы убивать человека, – отозвался инспектор.

— Я не убивал её, инспектор. И не знаю, кто это сделал. Последний раз видел мисс Рэндалл, когда она сбежала от меня в саду. Потом за ней побежал Гарольд, а я… – он развёл руками, – уладил дела с гостями.

— Я пытался её догнать, вернуть бумаги, – повторил он свою версию. – Но и я её не убивал! Она упала, потеряла сознание? Или кто-то напал на неё? Я не знаю.Все взгляды обратились к мистеру Гарольду, тот стоял, сжимая шляпу.

Инспектор Дойл прислушался к этим словам и, покачав головой, велел продолжить официальные протоколы, дабы вывести правду на чистую воду. Но атмосфера накалилась донельзя. Теперь и миссис Маршалл, и Гарольд, и даже сам Джон Маршалл становились главными подозреваемыми – у каждого был мотив (деньги, репутация, ревность), и каждый имел возможность оказаться рядом с Руби Рэндалл, когда она покинула приём.

Дом оставался под охраной полиции, лондонский туман заволакивал улицу, а во мне боролись страх и любопытство. Я чувствовала, что до истины ещё далеко. Убийца мог действовать в панике, чтобы избавиться от свидетельницы, или из банальной зависти. А возможно, сама мисс Рэндалл бежала прочь, не справившись с отчаянием, и стала жертвой несчастного случая. Но почерк этой «случайности» слишком уж похож на умысел.