Книга Алый трон, страница 47 – Эми Лиоу

Она бьет меня по лицу.

Щека опухает, из носа начинает капать кровь, но я даже не пытаюсь прикоснуться к своему лицу. Я не плачу, не кричу. Я безжизненная кукла, над которой можно издеваться, как и когда ей захочется.

— Сегодня была прекрасная возможность вызвать Рашматун, – продолжает она. – Ты была совсем одна в зале для очистительных омовений. Тебе следовало порезать себя перед ее статуей, чтобы показать свою преданность.

— Я сделала это, мама, – отвечаю я. – Точно так же, как делала все предыдущие месяцы.

Она хватает мое запястье и поднимает рукав. На руке нет никаких отметин – Кавита всегда заботится о том, чтобы вылечить мои раны, пока их не увидели служанки. Она уже это сделала, но, возможно, забыла – обычно она забывает такие вещи, когда хочет обвинить меня или наказать.

Ее лицо мрачнеет. Кавита опускает мою руку. Мои мышцы напрягаются, готовые к следующему удару.

— Илам, – говорит Кавита.

Демон покидает ее тело. Сияющее оперение обычного павлина сменяется тьмой, но силуэт вполне осязаем, как будто павлины с черными перьями и впрямь существуют. Я пытаюсь держать себя в руках, не шептать и не ежиться.

— Дальше медлить нельзя, – бормочет Кавита. – Я должна передать его тебе. Может быть, с помощью его силы ты найдешь Рашматун.

Прежде чем я успеваю среагировать, она вынимает из-за пояса кукри и полосует им по своей ладони.

Затем снова хватает мое запястье, делает надрез уже на моей ладони и соединяет наши раны. Мои руки и ноги колет иголками. Я непроизвольно дергаюсь; ее хватка еще теснее. Тело Илама обращается дымом, который поднимается к нашим сплетенным рукам. Глаза Кавиты загораются красным; вены проступают на теле.

Мой желудок сжимается. Я видела, как демон питался Кавитой.

Жестокость, которой он наполнил нашу жизнь через Кавиту.

— Нет, нет! – ору я, пытаясь отстраниться. – Не нужен мне твой демон! Убирайся!

— Найти Рашматун и убить ее, дать мне способность покорять людей – вот условия нашего договора, – говорит Кавита. Она либо в трансе, либо предпочитает игнорировать мои крики. – Я пожертвовала тебе свое сердце, и теперь ты продолжишь исполнять договор.

Я чувствую демона внутри, он извивается в моем теле и проникает в голову. Ощущение, которого я никогда не испытывала, наполняет меня ужасом.

— Прекрати! – всхлипываю я. – Я сделаю все, что ты захочешь, только не заставляй меня становиться сосудом демона! Я не хочу демона! Мне не нужна твоя магия!

— Вместе с моей душой, которая навеки связана с тобой, ты будешь служить новой хозяйке, – продолжает Кавита. – Я взываю к твоему истинному имени…

— Прекрати!

Мой разум затуманивается от ужаса. Я не могу принять ее демона. Не хочу становиться такой, как она.

Свободной рукой я нащупываю ее кукри. Кавита так поглощена ритуалом, что я легко – слишком легко – выхватываю у нее кинжал.

Наношу удар в бок.

Кавита вскрикивает, наконец-то выпуская мою руку. Илам продолжает оставаться внутри меня, хотя ощущение его присутствия ослабевает.

С диким криком я бросаюсь вперед и вонзаю кукри Кавите в живот.

Она падает, на лице – несвойственная ей понимающая улыбка.

Моя грудь вздымается; кукри с лязгом падает на пол. Кровь сочится из ран, алая, как цветок, распускающийся на холсте. Мертвенно-бледное лицо Кавиты застывает в оцепенении смерти. Я не могу отвести от нее глаз.