Книга Алый трон, страница 162 – Эми Лиоу

Я вижу, как Привинду режет запястье и собирает кровь в крошечный пузырек. Вижу, как он выливает кровь в чашу с вином, которую подает мужчине в тяжелых одеждах богача. Мужчина падает мертвым, а его недопитый кубок проливается на ковер. Тело мгновенно истлевает, рот искажается в беззвучной агонии.

Таким же способом Кавита отравила девочек.

Привинду объясняет:

«Наша кровь смешивается с кровью демона и поэтому содержит часть его потусторонних энергий. Эти энергии – яд для обычного человека. Тяжесть отравления зависит от того, как люди усваивают нашу кровь. Чистая кровь сражает жертву мгновенно, кровь и вода, смешанные в пропорции один к десяти, убивают в течение недели. Однако любой раствор, разбавленный сильнее этого, не убивает, а помогает выработать устойчивость к яду».

Сцена Кровавой бойни встает у меня перед глазами. Девять девочек, выпивших очистительное вино перед тем, как Чандри вошла в храм. Девять девочек с сияющими от предвкушения лицами. Постепенно тьма опаляла их кожу, исторгала из горла вопли, искажала радостные лица гримасами.

А потом от них не осталось ничего, кроме горстки обугленной плоти.

Я изучаю свою руку, вспоминая, как она чернела всякий раз, когда я использовала слишком много Иламовой силы.

Невыносимо думать о том, какую боль они испытывали в свой последний миг – о мыслях, что проносились в их головах.

Мои пальцы сжимаются в кулак.

Я ничего не могу для них сделать. Они мертвы. Анджу мертва. Я могу одно – прокладывать собственный путь по уже пролитой крови.

Ты стала такой, как я, нараспев повторяет Кавита. Ты стала такой же, как я.

Хихиканье в голове не смолкает, и все же на меня снисходит покой.

Я нашла последний кусок головоломки – яд, который навечно запечатает судьбы Медхи и Нали.

Дни летят слишком быстро. Черные как смоль ночные небеса сменяются алыми рассветами, восходы переходят в закаты. Каждую ночь я штудирую книгу Привинду, изучая все, что он пишет: как вызывать демонов, как они проявляют себя, когда их сосуд поврежден. Читаю о том, что всем демонам без исключения присуща жажда власти.

Воспоминания Привинду проносятся у меня перед глазами. Они такие живые, будто я присутствую там и наблюдаю, как разворачиваются события. Я вижу, как он описывает их, как, сосредоточенно хмуря брови, корпит над иллюстрациями. Теперь я знаю, что все шаманы крови могут – когда записывают свои воспоминания – делать их видимыми для собратьев-шаманов, и эти воспоминания еще ярче, если шаманы состоят в родстве.

Узнала бы я больше о магии крови, если бы сохранила вещи Кавиты? Но она не умела писать, и я все равно не обнаружила бы в них ее воспоминаний.

Узел у меня в животе ослабевает.

Я продолжаю листать книгу. Вижу, как Привинду связал себя с Иламом. Они беседуют при лунном свете; тихая безмятежная сцена, не отражающая накала происходящего. Когда воспоминания рассеиваются, я узнаю, как шаманы крови могут привязать демона к своему роду по крови, и чем дольше демоны привязаны к роду, тем они сильнее. Однако эта сила достается им дорогой ценой, поскольку демоны постепенно теряют честолюбие и цель. В конце концов они могут забыть, кто они такие.

Илам ворочается у меня в голове.

Ты уверен, что это не имеет отношения к твоей стертой памяти? – спрашиваю я.