Книга Всадник дракона, страница 227 – Таран Матару

Джай нырнул обратно за пролом в западной стене и сел на снег, скрестив ноги. На этот раз он вошел в транс полностью. Юноша увидел, что его ядро было почти пустым – жалкие остатки, которые не были израсходованы в битве или потрачены на заживление ожогов. Джай выругался себе под нос. Нужно было действовать быстро.

Юноша собрал этот небольшой запас и направил его в свою искалеченную руку во второй раз за ночь. И снова почувствовал себя почти триумфатором, когда мана достигла пальцев.

На мгновение показалось, что все получилось… но он не увидел ничего, кроме золотых искр.

— Неправильно, – прохрипел чей-то голос.

Джай развернулся. Фрида смотрела на него, свесившись с седла вниз головой.

— Фрида! – выдохнул Джай.

До этого момента он и не подозревал, как сильно боялся за нее, но теперь облегчение затопило его, как волна. Он так боялся, что девушка никогда не очнется, ведь из-за яда она была слаба, как ягненок!

Он помог ей сесть, потому что сил стоять у Фриды явно не было. Она сидела, сгорбившись и обнимая Нави за шею так крепко, словно боялась упасть и разбиться насмерть. Ее глаза были стеклянными, а зрачки настолько большими, что почти полностью скрывали радужную оболочку. Джай уже видел такой взгляд, когда Леонид принимал обезболивающее. Она была накачана наркотиками до предела.

У них оставалось мало времени. Уинтер уже стояла у ворот в ожидании, когда можно будет поднять тяжелый засов. Юноша всем сердцем надеялся, что у нее хватит сил сделать это, когда придет время.

— Покажи мне, – попросил Джай.

Фрида сложила в улыбку потрескавшиеся губы и указала на пальцы юноши.

— Сквозь пальцы… а не на них.

Это было так просто, что Джай мог бы дать себе подзатыльник. Он закрыл глаза… и пропустил свет.

Эффект был мгновенным. В руке вспыхнуло свечение, проецируя тусклое зеленое сияние всюду, куда он указывал пальцами. Юноша почти ощущал его на своей коже.

Он посмотрел на свою руку и увидел на ее месте лишь бледную тень. Это работало!

— Ты… ты исчезаешь, – прошептала Фрида, и пьяная улыбка расплылась по ее лицу. – Ты…

Джай не стал обсуждать это дальше. Его мана была на исходе, и он понятия не имел, как долго продержится заклинание.

Неожиданно для себя он нежно поцеловал Фриду в лоб. А затем побежал в Портикус.

Джай добежал до ворот камеры, казалось, в мгновение ока. Адреналин придал его ногам сил, хотя впоследствии он потратил добрых десять секунд, уставившись на часового в надежде, что тот не услышал шуршание гравия.

Это была не его камера, а одна из двух других. Было очень холодно, и юноша не увидел ни одного худдита – по-видимому, они предпочли забиться в глубину пещеры.

Джай отпер решетку так тихо, как только мог, восхищаясь тем, что вместо своих рук видел лишь тень.

На мгновение юноша подумал, не окликнуть ли пленных. Может, собрать людей, чтобы они были готовы броситься к лошадям? Но он удержался. Нужно созвать всех сразу, когда все камеры будут открыты. Оставалось совсем мало времени, прежде чем заклинание рассеется.

Следующая пещера находилась недалеко, но легкое онемение, охватившее тело после использования заклинания, уже отступало. Когда Джай открыл следующую камеру, оно почти исчезло. Он уже видел себя и отбрасываемую им тень.

Юноша поспешил к той камере, в которой когда-то содержался. Он прижался к стене, не сводя глаз с часового. Тот сидел молча, и небольшие клубы дыма подсказали Джаю, что стражник курил трубку. Джай воспользовался этим и добрался до камеры как раз в тот момент, когда заклинание рассеялось.