Книга Змеи города роз, страница 73 – Юлия Арвер

Впервые за годы, проведенные в Вароссе, собственный кабинет показался мне обителью сумрака и дурных предзнаменований. Он перешел к врагу, отданный без боя, и перестал быть моей нерушимой крепостью. Подозрительно аккуратно сложенная кипа бумаг прямо-таки кричала мне, что совсем недавно ее бессовестно перелопатили. Впрочем, покажите хоть один документ, который не имел бы права посмотреть глава провинции?

— Ты слишком много денег тратишь на своих солдат, Амаль, – без лишних приветствий начал отец. – Казна не бездонная. Зачем тебе столько дармоедов? Есть армия Белоярова. Они получают жалованье из столицы.

— В Вароссе в этом году огромный урожай. Мы покроем расходы. Эти солдаты нужны мне все до единого.

В моем голосе прозвучала сталь, которую прежде я не смела показать отцу.

— Лучше бы ты тратила эти деньги на наряды, чем на толпу сомнительных мужиков. Амаль, уже послезавтра тебе двадцать лет, но мне до сих пор не поступило ни одного предложения о женитьбе. О тебе ходит дурная слава. Тебя боятся, считают безумной. Злые языки разносят молву, будто ты спишь со своими солдатами. Амаль, ты хоть понимаешь, что своим поведением обрекаешь себя на прозябание в одиночестве?! Ты вгоняешь себя в позор!

Отец распалялся все больше. Сколько же он держал в себе яд, который теперь разве что не капал изо рта? А я насилу сдержалась от торжествующей ухмылки. Ни одного предложения о женитьбе! Это ли не счастье для свободолюбивой нарамской женщины?

— Отец, не слушайте сплетников. Однажды и для меня найдется достойный жених, – смиренно отозвалась я, но воевода, искушенный во вранье, легко прощелкал мою скрытую насмешку.

— Издеваешься?! Нравится корчить из себя грозную правительницу?! Уж поверь, я все равно найду тебе мужа, который наведет порядок и в Вароссе, и в твоей голове. Надеюсь, он разгонит эту свору колдунов-приживальщиков.

— Очень заманчиво, папенька. Вы так красочно расписали будущее замужество, что мне невольно захотелось удавить муженька голыми руками прямо сейчас, не дожидаясь знакомства с ним.

— Не смей мне дерзить! Забыла, с кем разговариваешь?!

Гулкий голос отца эхом отразился от стен кабинета и отозвался во мне сотней услышанных в детстве нотаций. Я послушно склонила голову и сжала челюсти, только бы не бросить ему в лицо очередную грубость. Что-то вроде: «Я всегда помню, с кем говорю. С человеком, который наотрез отказывался признавать меня своей дочерью».

— Простите, отец. Я забылась, – слова застревали в горле, отчаянно не желая обретать форму. Я рассматривала вышитые гобелены над камином, будто не было в этом мире ничего интересней их путаных золотых узоров, и упрямо не переводила взгляд на воеводу.

— Оставим этот разговор до лучших времен. Мы все здесь по другому поводу. Надир писал об убийствах в общих чертах, но из его письма я понял, что убивает колдун.

— Да, отец. Мы выяснили, что это горный кадар.

— Тогда почему от тебя еще не поступило прошения призвать в Вароссу навиров?! – вновь взорвался отец.

— Мы справимся своими силами, – упрямо процедила я.

— Три жертвы мало? Где ваши хваленые силы?

— Четыре. Уже четыре жертвы. Последняя – дочь Надира Леяна.

Отец устало откинулся на спинку кресла и потер переносицу.

— Я понимаю, что навиры – не самые приятные люди…