Книга Змеи города роз, страница 70 – Юлия Арвер

Ингар, как и полагалось верному солдату, замер чуть поодаль, зорко наблюдая за прислугой, снующей по саду. Через минуту из-за раскидистого каштана вынырнула подруга Дании, которую, как я узнала еще в тот злополучный вечер, звали Ида. Она тащила серебряный поднос с двумя фарфоровыми чашками кофе и тарелочкой парварды – сахарных конфет, традиционно подаваемых к горячим напиткам.

Завидев уставшую девушку, я невольно содрогнулась. Дании выделили отдельную комнату, и изо дня в день целитель Гаян поил несчастную успокаивающим отваром, отчего та постоянно спала. Сон отгонял ее припадки. Насильно вырванный ритуалом низший демон оставил на девчонке неизгладимый отпечаток, повредив и тело, и разум. Целитель ничего не обещал и не обнадеживал. Он и сам не знал, выберется ли Дания из своего сумасшествия.

Все это время Ида была рядом, будто родная сестра, почти забыв про сон. Как и Ингар. Он сидел рядом с Данией, когда та была в сознании, и старательно удерживал ее руки, чтобы девчонка не вредила сама себе. В его присутствии она успокаивалась, но стоило Ингару уйти, как припадки повторялись.

За прошедшую неделю я прониклась к мирейцу уважением и даже перестала мысленно звать его перебежчиком. Он заботился о Дании, хотя мог бы бессовестно оставить ее на попечение целителя. Может быть, так Ингар заглушал боль от предательства невесты и смерти родителей. Я искренне надеялась, что миреец не обидит бедную девушку и не воспользуется ею для исцеления собственных душевных ран. Почему-то уж слишком боязно мне было за нее.

Ритуал не только вырвал демона из тела Дании, но и возложил вину за ее помешательство на мои плечи. Как ни крути, девчонка пострадала из-за меня, и я чувствовала ответственность перед ней.

Ида поставила поднос на столик и мимолетно улыбнулась Ингару. Тот приветливо кивнул и с интересом взглянул на две чашки.

— Выпей со мной кофе, – предложила я, кивнув на подушку напротив. – Хочу поговорить с тобой о Мирее.

Вчера вернулся посыльный, который больше недели старательно выискивал в Адраме сплетни об убитой навирами семье и колдуне, заворожившем свою возлюбленную. Он и рассказал, что в народе ходят опасливые слухи о зверстве навиров. Люди поговаривали, что родители увезли бывшую возлюбленную Ингара в неизвестном направлении, а самого молодого колдуна убили где-то в предместье столицы.

Посыльный наведался в театр и разузнал, что одна из актрис, действительно, совсем недавно уехала с семьей в Белояров. Подтвердились даже слова мирейца о матери-поэтессе. Люди помнили обаятельную женщину, рядом с которой частенько сидел нескладный темноволосый подросток.

Все эти две недели меня грызло ядовитое предчувствие, что история Ингара может оказаться талантливой выдумкой. Больше всего на свете я боялась поплатиться за собственную жалость. Доклад посыльного усмирил этот страх.

Ингар сбросил ботинки и опустился на предложенное место, подобрав под себя ноги. Миреец дождался, пока я возьму в руки чашку, и только после этого взял свою. Я с трудом удерживала ее обожженными руками в перчатках, но виду не подавала. Ингар втянул носом кофейный аромат и чуть заметно улыбнулся.

— В Мирее не распространен кофе. Там предпочитают чайные церемонии. С детства я не пил настоящий нарамский кофе.