Книга Змеи города роз, страница 180 – Юлия Арвер

Предатель наблюдал за мной, будто за гадюкой, которая вот-вот нанесет смертельный укус. Того и гляди отшатнется. Впрочем, мерзавец не хуже меня знал о действии зелья навиров. Если бы я только могла колдовать… Он горел бы заживо прямо в этой камере! И никто никогда не увидел бы моих слез, вызванных смертью шавки Ак-Сарина!

— Почему ты не ешь? – Меня передернуло от ненавистного звука его голоса. Именно с этой мягкой интонацией мерзавец лгал мне в глаза и пробирался в самое сердце, оставляя за собой следы ядовитой чешуи. Теперь они болели все разом.

— От императорских прихвостней я не приму и крошки, – мой рык заставил его устало покачать головой.

— Ты не сможешь голодать вечно.

— Значит, сдохну, но не притронусь к еде. Подавитесь своими подачками!

— Я понимаю, что ты ненавидишь меня… – начал было предатель.

— О-о-о, дело не только в тебе, – грубо отрезала я, истерично хохотнув. – Я презираю каждого, кто носит этот мундир. Вы – ублюдки – не гнушаетесь ни пытками, ни убийствами, чтобы добиться желаемого. И это меня люди зовут зверем! Ха-ха!

— Что ты несешь? Мы – слуги государя, а не мучители! – оскорбленно воскликнул мерзавец, отчего я расхохоталась громче.

— Непогрешимые слуги государя не погнушались жечь меня своими кинжалами, угрожая Мауре! Им доставляло огромное удовольствие ласково шептать, как легко сломается моя шея! Почему же они это делали? Да потому что дражайшая женушка моего отца заплатила им! Да! Заплатила непорочным псинам государевым! – Я вскочила с койки и нависла над предателем. – Но даже эти твари не идут ни в какое сравнение с тобой! Никто из них не подбирался ко мне обманом! Никто не выведывал мои тайны, прикрываясь несчастной любовью! Признавайся, ублюдок, зачем женишку потребовался шпион в моем поместье?!

— Не смей называть меня ублюдком! Я больше не твой солдат! – взвился предатель и вскочил на ноги, заставив меня отшатнуться. Я сделала шаг назад, но не отвела яростного взгляда. – Да, я обманул тебя и сделал бы это снова, чтобы защитить дорогих мне людей! Я не раскаиваюсь, но сожалею, Амаль. Мое дело – разведка, и сейчас я нарушаю все возможные инструкции, рассказывая тебе об этом.

— Не говори мне о сожалении, мерзавец, иначе я удавлю тебя собственными руками.

— Тир нуждается в твоей помощи. Ваш брак – его последняя надежда удержать власть, – невозмутимо продолжил миреец. – Он, как и я, знал о тебе лишь по слухам. Уж прости, но люди не болтают ничего хорошего об ужасной Амаль Кахир. Тир должен был убедиться, что ты в своем уме.

— Как лестно, что ты счел меня разумным существом, раз Ак-Сарин все-таки снизошел до моей опальной персоны, – съязвила я, насилу удержавшись от плевка в лицо, которое еще совсем недавно считала красивым.

— Я ненавидел тебя после подвальных пыток и вправду считал рехнувшейся ведьмой, – процедил мерзавец, смерив меня тяжелым взглядом. – Но вскоре понял, как сильно ошибался, и…

— Решил меня соблазнить, – закончила за него я.

Предатель окинул меня гневным взглядом и прорычал:

— Я лгал тебе, но НИКОГДА не стремился влюбить в себя. Будь я настолько бессердечен, как ты считаешь, неужели вернулся бы, узнав о замысле Арлана? Разве сунулся бы в Нечистый лес, помня об угрозах Шурале? Последовал бы за Маурой в коридор огня, чтобы потом по ее же милости напиться какой-то дряни и очнуться на центральной площади Даира? Да я к навирам пришел, как к последней надежде спасти тебя! Можешь ненавидеть меня за ложь, но не смей думать, что я пользовался твоими чувствами!