Книга Диспноэ, страница 134 – Юлия Арвер

Лиза стиснула руки в кулаки и зыркнула на обидчика красными зрачками. Слова Аникеева вернули ее на четырнадцать лет назад – туда, где Лиза стоически, но безрезультатно отбивалась от ударов. Каждый из них вновь настиг ее сейчас. Когда-то мальчишка по имени Герман обманул ее, но взрослый Герман не только не признал ошибки. Он с удовольствием глумился над той, что когда-то была слабее. Тем самым развязывал ей руки.

Сущность демоницы победила человечность с разгромным счетом.

— Не смей даже заговаривать со мной, ублюдок, – прошипела она, впиваясь алым взглядом в лицо врага.

В детстве Герман казался ей красивым, но вырос самым обычным, ничем не примечательным. Бесконечная серость с кислым выражением лица. И сейчас эта серость не могла отвести от нее глаз.

Расслабляться в присутствии демонического отродья опасно. Герман считал, что сумасшедшая дочка Верещагина до сих пор неопасна, и ошибся в расчетах, как никогда. Все вокруг перестало иметь значение. Осталась лишь месть за детскую боль.

Лиза слышала, как участилось его сердцебиение, послушное ее воле. Кровь бежала по сосудам быстрей и быстрей, давление повышалось. Герман с трудом дышал. Он схватился за грудь, в глазах плескался ужас. Из открытого рта не вырывалось ни слова, только надсадное, тяжелое дыхание.

Лиза знала, что должна остановиться. Еще немного, и сердце Аникеева не выдержит. Она станет убийцей и загремит в Проклятый собор!

Сущность демоницы мурлыкала и упрашивала поднажать еще чуть-чуть. Убеждала, что Аникеев крепче, чем думается. Он не умрет.

Нужно проучить. Отомстить. Показать, сколько боли он принес отчаявшейся девочке, которая увидела в нем защитника.

Еще чуть-чуть! Совсем немного…

На глаза вдруг легла чья-то теплая ладонь. Лиза вздрогнула и попыталась уйти от прикосновения. Все внутри требовало продолжить пытку.

— Лиза, спокойно. Что произошло? Что он сделал? – Тихий, на грани шепота, голос Воронцова ворвался в сознание, отрезвляя. Он заземлил ее, в один миг успокоил и человеческую, и демоническую сущности.

Лиза перестала сопротивляться, чувствуя, как другой рукой Воронцов перехватил ее поперек талии. Галдеж, стоящий на месте происшествия, ворвался в уши, будто из них вытащили пробки.

Рука с глаз исчезла, и Лиза наконец взглянула на Аникеева, который повис безвольной тряпичной куклой на руках у той самой блондинки. Хрупкая и нежная, она удерживала тяжелого мужика и даже не морщилась. Лиза чувствовала в ней силу. Ведьма, не иначе.

— Сука, – прохрипел Аникеев. – Мало я тебя гонял в детстве. Надо было убить, и дело с концом. Бесполезное отродье.

— Заткнись, Герман. Иди отсюда, пока можешь, – внезапно приказал ему Воронцов, и Лизу невольно передернуло от холода в его голосе.

— Кирилл, ты чего?

— Пошел вон. Я сам свяжусь с тобой, когда понадобишься.

Воронцов наконец отпустил Лизу и задвинул ее себе за спину. Ведьма тоже отпустила Германа и поджала губы, с интересом наблюдая за перепалкой.

— Ты не можешь приказывать мне. Не воображай себя моим хозяином.

— Могу и приказываю, – процедил Воронцов. – Не смей оскорблять моих подчиненных.

— Ты же знаешь, кто она такая. – Герман демонстративно сплюнул к ногам Лизы. Она не повела и бровью. Демоническая сущность все еще умоляла добить ублюдка, но присутствие Кирилла отрезвляло.