Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 89 – Тиро Томое

— О! — в глазах Маргариты светится восхищение.

— Источник, который бьёт из Суммишимы, абсолютно чист. На священной горе запрещено строить жильё. Теперь понимаешь?

— Вода несёт в себе информацию? — задумчиво говорит Маргарита, — блин, я думала это сказки.

— В вашем мире может и так, но у нас вода это основа многих магических процессов. В Каэрллионе есть несколько источников, подходящих для магического действа. Один из них, самый почитаемый, это как раз родник на западном склоне Суммишимы, — я замолкаю на секунду, но решаю спасти неразумную деву из Манескера, — долгая зима замела склоны горы и привела опасных тварей к нам. Маргарита, откажись. Лучше сдаться сейчас и прожить спокойную жизнь, чем сгинуть на склонах Суммишимы. Мы все связанны ритуалом, он нас защищает от попыток нападения со стороны конкурентов. Я и мой Дом не можем убить тебя, так же, как и ты не сможешь лишить меня или другую деву жизни. Но если ты погибнешь из-за своего упорства, отправившись в эту опасную прогулку, то ритуал ничем тебе не поможет. Понимаешь?

Маргарита нервно кусает губы. Видно, что внутри неё идёт борьба. Я жду, ничем не выдавая своей тревоги, но звучат слова, от которых у меня сжимается сердце.

— Я пойду. — твёрдо заявляет Маргарита, — горы для меня не проблема. От тварей спрячусь. Ты можешь мне ещё помочь?

— Чем?

— Мне нужна карта.

Теперь я борюсь с собой. Желание спасти неразумную деву едва не пересиливает приказ Канаку. Но…

— Маргарита. Ты же понимаешь, что даже наш разговор это нарушение правил. Если кто-нибудь узнает…

— Никто не узнает, — Маргарита хватает меня за руки и умоляюще смотрит в глаза, — клянусь тебе. Но я не могу сдаться. Не хочу. Все считают, что я кусок дерьма, который прилип на ботинки высокордных. Достали уже. Если растения погибнут, то это послужит доказательством того, что я никчёмная чернь из Манескера. Я просто хочу утереть им всем нос. Ты должна меня понять, Элиан.

Лучше бы ты испугалась и сдалась. Ведь и это Канаку просчитал. Канаку или Айлита? Кто разглядел в деве из Манескера эту гордость?

— Хорошо. Завтра вечером будет ужин, — я кусаю губу и решаюсь открыть секрет, который давно известен всем девам, кроме этой наивной, — на самом деле это четвёртое испытание, поэтому подготовься.

— Что придётся делать?

— Не знаю. Каждый раз они придумывают новое, но если знаешь, что на ужине ждёт подвох, жить гораздо легче, — я слабо улыбаюсь, — там я передам тебе карту. Я знаю короткий путь, относительно безопасный. Но запомни, я ничего тебе не говорила.

— Обещаю!

— Пора возвращаться. Мы и так задержались. Скоро придут данэй, чтобы провести нас во дворцы.

Я иду за воспрявшей духом Маргаритой, но мне хочется исчезнуть с лица этого мира. Все попытки отговорить деву провалились, а быть откровенной до конца я не могла. Мерл явно слушал наш разговор, в пологе тишины ощущался канал связи. Все мои слова были выверены, точны и даже уговоры носили именно тот характер, который нужно. Дом может мной гордиться.

Я в точности исполнила приказ.

Я безвольная шестерёнка в выверенном механизме интриг моего Дома.

Глава 43

Эрик Этвелл, западный склон Суммишимы

Седая пелена волглого тумана осталась далеко внизу. Она колыхалась, как живая, словно насмехаясь над нами, с трудом нашедшими путь наверх. Этот туман был не простым явлением природы. В нём отчётливо ощущалась магия. Чужая. Злобная и равнодушная одновременно. Я ощущал в ней знакомые оттенки магии Домов, но определить источник всё не выходило. Оттенки сменяли друг друга, как цветные стёклышки в калейдоскопе. Текучие и неуловимые картинки.