Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 127 – Тиро Томое

— Это другое! — возмутилась я, но как следует побухтеть мне не дали.

Дверь распахнулась, впуская до невозможности наряженного распорядителя. Колин Филитиарн Сил всплеснул руками, подбежал ко мне, потеснив Эдварда, и затарахтел:

— Дангра Маргарита! Как вы прекрасно выглядите! Чудо!

От распорядителя шёл тяжёлый цветочный дух, словно он искупался в ванне с духами. Я начала дышать ртом, стараясь вдыхать воздух как можно реже.

— Благодарю, — с трудом ответила я.

Ург нагло заржал, шагнул к распорядителю.

— Эрл, вы смущаете дангру. Отойдите на пару шагов. А лучше сразу за дверь.

Что-то во взгляде Эдварда напугало распорядителя. Он нервно сглотнул, побледнел и попятился.

— Я собственно чего пришёл? Ах, да! — он сложил ладони, помахал ими в воздухе, — серые уже идут. И мне пора. Удачи, дангра Маргарита!

Распорядитель исчез, словно его и не было. Зато в двери неспешно вплывали два серых. Я бросила беспомощный взгляд на урга, ища поддержки.

— Иди, всё будет хорошо. Помнишь ботинок? — по-доброму улыбнулся Эдвард. — Ты тогда гораздо смелее была, хотя силы за тобой ещё не было.

Слова урга заставили меня гордо выпрямить спину и пойти на встречу серым.

* * *

Белоснежные ступени взмывали высоко вверх. Я стояла у самого их подножия и боялась даже оглядеться по сторонам. Рядом со мной стояли молчаливые фигуры серых. Голос Мерла громыхал над головой так, что тело откликалось дрожью на наши имена: дангра Элиан, дангра Аниту, дангра Маргарита.

Серый, что стоял справа, вдруг шагнул ко мне. В его руках всколыхнулись огнями бумажные крылья на ремешках.

— Позволь, неопределённость, надеть это облачение на твои плечи.

Я только и смогла, что кивнуть. Серый осторожно закрепил ремешки на платье.

— Теперь это твоя ноша, неопределённость, — в его голосе зазвучали нотки иронии, — летать научилась?

Я резко обернулась, но что я там могла разглядеть? Капюшон, серый плащ, больше похожий на хламиду, и спрятанные в рукава кисти рук. Тот или не тот это серый, что развлекался со мной в гробнице желаний? Кто его знает.

Голос Мерла утонул в громких овациях и криках трибун. Откуда-то донеслась тихая музыка, такая тихая, что я едва её улавливала. Нежно плакала скрипка, томно рыдал рояль, переливчато смеялась арфа.

— Иди, — скомандовал серый.

Я шагнула на первую ступень, широкую, не меньше метра. Следом появились серые, как тени. я неспешно пересекла её, поднялась на следующую. Под ногами вспыхнули странные символы. Вспыхнули и тотчас угасли.

Я медленно поднималась, чувствуя, как нарастает громкость музыки, как затихает рёв трибун, как замирает сердце в ожидании. Я шла вверх. Шаг за шагом. Теряя своё прошлое, но смело идя в будущее.

Через семь ступеней мы, все три претендентки, одновременно вышли на большую площадку, на которой высился постамент, увитый густой вязью символов. А края площадки обрамляли горшки, в которых красовались растения. Я могла гордиться собой. Мои кусты были выше и пышнее других. Плюс только на них распустились яркие цветы, похожие на мальву.

Алтарь. Именно про него говорил Эрик.

По команде серых мы подошли к алтарю и выставили перед собой руки, ладонями вниз. Элиан послала мне ободряющую улыбку, Аниту — теплый взгляд золотых глаз. Я ответила улыбкой.

Позади нас выросли серые. Щёлкнули ножницы, раскрываясь, а мы одновременно опустили ладони на алтарь. Что-то полыхнуло. Вокруг закружились всполохи света, взвилось искристое пламя, а с трибун донеслось хоровое «Ах!».

Алтарь исчез, как сквозь землю провалился.

Элиан и Аниту резко опустились передо мной на колени, а я замерла, совершенно не понимая, что происходит. Со мной и вокруг меня.

— Пройди последние шаги, неопределённость, — шепнул серый, подталкивая меня вперёд к закрытым дверям.

Я сделала первый шаг. Неуверенно, потому что сзади что-то мешало. Как будто тяжёлый плащ кто-то повесил. Он оттягивал спину назад, мешал идти, но я всё равно шла, потому что гордость не позволяла согнуться перед жителями этого мира. Я всё ещё помнила, сколько презрения они вылили на меня. Но я выстояла и стала первой.

Тяжелые двери распахнулись, впуская меня в огромный зеркальный зал. Вокруг меня выстроились тысячи отражений — девушка в тончайшем газовом платье с высокой причёской и парой тяжёлых чёрных крыльев.

Настоящих, а не тех, что прикрепил ко мне серый.

Я замерла посредине зала, не понимая, что происходит, но двери захлопнулись, а в отражениях добавилось фигур. Двое в невзрачных хламидах появились по сторонам от меня.

— Лети, неопределённость, — вдруг хихикнул серый и хлопнул в ладоши.

Зеркальные стены осыпались искрящимся дождём, забрав за собой фигуры в хламидах. А я вдруг неуклюже взмахнула крыльями, подлетела на полметра и поняла, что делать дальше.

Кое-как я опустилась на пол, сложила крылья и шагнула вперёд, преодолевая очередную иллюзию. Под восторженный рёв толпы, я вышла на открытый балкон, где меня ждал мой хрейдмар, в золотых доспехах.