Книга Я люблю тебя, умри, страница 17 – Аки Накамура

Салли пристально посмотрела своими голубыми глазами в мои глаза. Но потом выпрямилась и заговорила так, будто обращалась к морю перед собой:

— На самом деле должна была участвовать Мари.

— Мари?

— Ты не знал? Мы продвигаем себя как моделей – метисок-близняшек. Мари – моя младшая сестра.

— А, да?.. Извини, я не знал.

— Хоть мы и близнецы, у нас разный характер. Мари как персонажу такое подходит. Просто она вдруг заболела и не смогла участвовать. Но агентство не могло упустить такую возможность. Они сказали мне: «Участвуй вместо нее. У вас же одинаковые лица, поэтому какая разница».

— Это жестоко.

— Конечно, у меня опустились руки. Ну если я на шоу не буду ничего делать, то ей потом достанется. И я это понимаю. Понимаю, но…

Последняя фраза прозвучала таким тонким голосом и так прерывисто, что трудно было поверить, что это дерзкий голос Салли.

Какое-то время царила тишина.

— Похоже, ты нравишься Агацуме, – заговорил я.

— И что? Я должна использовать его и быть с ним, просто чтобы выделиться, хотя у меня нет к нему симпатии?

— Нет, я ничего такого не хотел сказать…

— Но как будто сказал. … Но, возможно, он занял такую позицию. Наверное, бессмысленно так много думать о своих чувствах и о чувствах другого человека, – сказала Салли и встала. – В любом случае это моя проблема. Я что-нибудь придумаю. Не нужно беспокоиться обо мне или жалеть меня, это раздражает. Тебе лучше беспокоиться о себе. Вокруг тебя на удивление оживленно. Если ты будешь плохо с этим справляться, тебе дальше будет тяжело.

Затем она подала съемочной группе знак, что пойдет в туалет, и направилась в сторону Seven Seas House. Я даже не успел ничего сказать, как она уже скрылась среди деревьев.

— …

Я приподнялся, но снова сел на стул. Только что прошедший разговор все еще крутится у меня в голове.

«Не нужно беспокоиться обо мне или жалеть меня, это раздражает».

Тем не менее я мог бы быть немного более внимателен к ее чувствам. Я задавал личные вопросы, но в итоге не смог сказать никаких заботливых слов. Ощущение никчемности осталось у меня на сердце.

Теперь у меня уже не было настроения присоединяться к оживленной компании. Не в силах собраться с мыслями, от нечего делать я отхлебнул улун, оставшийся на дне банки, и вдруг услышал чьи-то приближающиеся по песку шаги.

Не похоже, чтобы Салли вернулась. Кто тогда? Я подождал какое-то время в таком положении, как вдруг сладкий голос застал меня врасплох:

— Си-о-рин!

М? Меня только что назвали Сиорин?..

Я обернулся в замешательстве, а там стояла Уруру. Сейчас она в розовом платье на бретельках в цвет купальника. Она придерживает шляпу с широкими полями и смотрит искоса на меня хитрым взглядом.

— Сиорин, я искала тебя. Знаешь, я хотела с тобой немного поговорить. Можно?

Уже решено, что она будет называть меня Сиорин?

Тем не менее все как-то внезапно, я в шоке. Это вообще впервые, когда она со мной как следует заговорила. Ее цель абсолютно понятна и направлена только на одного человека – Кэйтана. Поэтому, хоть она и знает о существовании других участников, для нее они второстепенные лица, с которыми нет необходимости взаимодействовать, – такое впечатление у меня сложилось. И именно в этот момент она решила со мной пообщаться.

…Почему?

Но спросить ее об этом прямо я не мог.