Книга Я люблю тебя, умри, страница 135 – Аки Накамура

В зале для совещаний время остановилось, и его снова привели в движение слова Кино. «Какой-то эксцентричный новичок к нам зашел. Поучаствуешь тоже в собрании?» В результате такого развития событий и прихоти Кино прям там было решено мое участие в производстве «Верного союза». После этого я официально получила от него назначение на должность ассистента режиссера. Хотя на самом деле я была просто мастером на все руки. …Оглядываясь назад, я думаю: а что это вообще было? Можно ли так смеяться над человеком? Потому что они все приветствовали меня улыбками и аплодисментами. Мацуура улыбнулась мне и сказала: «Как здорово! Жду с нетерпением возможности поработать с тобой». Кацура сказал, что я буду причастна к лучшему шоу, и похлопал меня по плечу. Мне было действительно страшно оттого, что никто ничего не осознает. Я даже подумала, что было бы лучше, если бы они так себя вели, осознавая.

— …Получается, тогда тебя и охватила жажда мести? – в эмоциональной атмосфере без стеснения подошла к сути дела Уруру.

— Действительно, у меня было ощущение, что загорелся тлеющий уголек. Но на тот момент я еще всерьез не думала их убивать. Меня выбрали ассистентом режиссера, поэтому я решила прежде всего сделать все возможное, чтобы это шоу было чистым. …В итоге мои усилия оказались действительно бессмысленными. Позиция Кино ничуть не изменилась со времен «3Х класса». А наоборот, он умело пользовался властью, которая увеличилась благодаря созданию множества хитов, окружил себя подхалимами, тем самым превратившись в настоящую важную персону местного масштаба. Он отменно подделывал факты и подстрекал людей и даже спокойно играл на чувствах людей ради успеха – и он в совершенстве овладел этими методами. В этот раз в «Верном союзе», продвигая это якобы как новый тренд, в качестве того, над кем будут издеваться и насмехаться… эм-м-м…

— Приготовили меня, писателя. Да? – дошло до меня, и я сказал это сам первым. Хотя я каким-то образом чувствовал, что это так, все равно тяжело, когда это произносят другие.

— …Да, – сдержанно кивнула Нагисако. – Я неоднократно призывала Кино исправить его неэтичные идеи, которые он спонтанно выдвигал. Снова и снова… Однако он все игнорировал. Однажды, когда он был в плохом настроении, он сказал мне: «Я не спрашиваю твоего мнения. Просто делай свою работу. И не мешай». Я сдержала желание ответить ему. А потом он, представляете, продолжил, сказав следующее: «Кстати, о помехах… У меня давно был случай, когда мое шоу разрушила одна девка, попытавшись покончить жизнь самоубийством».

— Это жестоко… слишком жестоко, – сказал с горечью Агацума.

— Более того, он специально подозвал случайно мимо проходящих Мацууру и Кацуру, сказал им: «Помните? Ну и ситуация!» – и засмеялся. И в довершение всего начал подкидывать им идеи: «Кстати, есть кое-что, что мы тогда не смогли сделать… давайте попробуем на этих съемках». Думаете, как они его слушали? Они старательно делали записи! Передо мной, кто тогда пострадал от них.

Тогда я подумала.

Что все бесполезно.

Как бы отчаянно я ни старалась, они опять сделают то же самое. Потому что их волнует только то, как стать знаменитыми и повысить рейтинг шоу. Ради этого они готовы и создавать провокации, и использовать людей из корысти. Совершенно точно опять появятся люди, которые станут несчастными. Тогда надо разорвать этот круг. Ясное желание убить появилось у меня в этот момент. Я была твердо уверена в том, что это необходимая жертва и что это должна сделать именно я.