Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 257 – Михаил Михеев

Отбрыкался парень. Теперь собирается учиться – хочет офицером стать. Похвально, и командование того же мнения. Стало быть, все у парня получится. А еще Моше завел девушку, причем не своего, в смысле, не чрезмерно набожного, круга. И (честь и хвала его здравому смыслу) не из кибуца – городскую. Вроде бы студентка-медичка. То ли практику в том же госпитале, где он лежал, проходила, то ли еще чего, но познакомились они именно там. Дина посмотрела на нее – так, на всякий случай, чтобы знать. Обязанность командира заботиться о подчиненных, в том числе и в подобных ситуациях. Негласно, разумеется. Что же, можно надеяться, как минимум от опеки родителей она его огородит. Решительная девочка, не хуже его матери. Попал мальчик из огня да в полымя. А с другой стороны, для Израиля это нормально.

Куда больше Дину напрягала собственная родня. Нет, лично ее родители не лезли – они-то как раз хорошо знали характер дочери и предпочитали наблюдать со стороны. Порой девушке казалось, что они при этом злорадно подхихикивают над родственниками, которые не в теме. А уж они-то, особенно те, которые женского полу, всячески пытались дать понять, что в возрасте Дины лично они уже имели по мужу (иногда уже не первому) и как минимум паре детей. Не собираясь, что характерно, останавливаться на достигнутом. И намекали, что на примете у них есть оч-чень неплохая партия. У каждой своя, благо общительные они не в меру. Вот уж воистину, желание заделаться свахой для женщины любого народа скорее норма, чем исключение.

Самое интересное, за последнее время у Дины выработалось нечто вроде условного рефлекса. Если возникает проблема, которую не можешь разрешить, сделай шаг в сторону. И тогда из-за твоей спины выдвинется Полански, посмотрит на проблему сверху вниз – и та сама убежит, поджав хвост в ужасе. Увы, Полански, за успешное выполнение задания (и ту стрельбу в Кнессете, но это так, неофициально) получивший лейтенантские погоны, отсутствовал, и всю мощь родственного напора Дине приходилось сдерживать своей широкой (метафорически) и высокой (а вот это уже вполне реально) грудью. Жаль только, что родственницы обладали не меньшими достоинствами и категорически отказывались понимать намеки. Учитывая же, что гадости они говорили вежливо, просто взять их за шиворот и выставить из квартиры не позволяло воспитание. А жаль!

Неудивительно, что вызов к отцу-командиру Дина восприняла, как самое настоящее избавление от проблем. И сейчас, расположившись в глубоком мягком кресле, установленном в кондиционированном, со вкусом обставленном кабинете, начала чувствовать себя почти удовлетворенной жизнью. Ага, теперь уже и без «почти».

— Я не помешал?

Внушительная фигура Полански внимательно осмотрела кабинет и очень уверенным, привычным движением водрузила себя в недра еще одного кресла, протестующе скрипнувшего под великаном. Для кого другого это мало что сказало бы, но знавшая Полански уже не первый месяц Дина сразу поняла: он в этом кабинете далеко не в первый раз. Очень уж четко поставлена моторика. Да и в струнку перед начальством не тянется, говорит, опять же, не по уставу.

— А вот и наш Айболит, – улыбнулся хозяин кабинета.

— Почему Айболит? – удивленно посмотрела на него Дина.

— Командир, ты успокойся, – громким шепотом прокомментировал из своего кресла Полански. – Я вон тоже, пока научился понимать ваш русский юмор, таки думал, поседею. Зато узнал, кто такой Айболит…