Книга За гранью возможного, страница 74 – Керстин Гир

Обычно мы здесь не задерживались надолго, оставались всего на несколько минут, в течение которых профессор Кассиан интересовался моими успехами в воображении. К сожалению, их пока не было. И объяснял мне какое-нибудь запутанное явление, хотя его и не просили. Но сегодня рядом с профессором Кассианом сидела Фея, и выражение её лица было очень серьёзным.

Фея выглядела лишь немного старше своего сына, у неё были такие же, как у Гиацинта, рыжие кудри и ярко-зелёные глаза, а кожу почти везде, кроме лица, покрывали разноцветные татуировки. Обычно она улыбалась, но сегодня была очень серьёзной, как будто собиралась сообщить нам плохие новости.

— Только не говорите мне, что Фрей сбежал из граничной тюрьмы. – Я вздохнул.

«Что там говорил Северин? Фрей – самый коварный и мстительный человек из всех, кого тот знал. Остаётся лишь надеяться, что я не вхожу в список его врагов за то, что разрушил один из созданных им порталов».

От удивления брови профессора Кассиана подпрыгнули вверх:

— Граничная тюрьма? Кто тебе такое сказал?

«Вообще-то, никто, если быть точным».

— Где-то же вы его заперли.

«Иначе бы мне не позволили бродить здесь одному и без охраны. Разве не так?»

— Боюсь, ты что-то неправильно понял, милый, – сказала Фея с лёгкой горечью в голосе. Она подождала, пока мы с Гиацинтом сядем, и продолжила: – Никто не посмеет запереть Верховного советника Фрея в тюремной камере с такими ничтожными уликами. До выяснения обстоятельств инцидента он всего лишь согласился на домашний арест с охраной. Официально он путешествует.

— Домашний арест? В своём роскошном норвежском замке? – недоверчиво спросил я.

Фея покачала головой:

— Нет, там слишком много порталов, через которые он может исчезнуть. Фрей, как вы, наверное, знаете, обладает редким даром создавать порталы. Он… – Фея бросила быстрый косой взгляд на профессора Кассиана. – Скажем так: таких старых и могущественных аркадийцев, как он, совсем немного.

— Значит, он добровольно дал себя арестовать?

Теперь слова Северина обрели смысл: Фрей изображал мученика, чтобы использовать ситуацию в политических целях.

— В настоящее время Фрей находится в гостях в тибетском горном монастыре у нашего советника Цао Цзюня. – Профессор Кассиан налил чай в изящную фарфоровую чашку с тонкими стенками, стоявшую передо мной на столе. – Но это ненадолго.

— Да, ведь теперь, когда Северин мёртв и забыт, против Фрея не осталось никаких улик, – вслух размышлял я. С запозданием я вспомнил, что притворяюсь, будто не помню имени Северина. Поэтому я быстро добавил: – Или как звали того парня со шрамом.

Фея кивнула:

— Всё верно. Теперь у нас есть только записи с вашими отчётами и показания Жанны д'Арк о том, что Северин Зеленко работал на Фрея и что портал на крыше вёл прямо в башню, где располагался совет Фрея. Но таких улик, конечно, недостаточно. Без этого Северина у нас больше нет шансов раскрыть планы Фрея. Что бы он ни замышлял.

Гиацинт фыркнул:

— Всё предельно ясно: Фрею нужен Квинн. Он всегда так поступает с избранными, которых нашёл кто-нибудь другой.

Профессор Кассиан задумчиво покачал головой:

— Мне так не кажется. Я снова и снова пересматриваю записи. Северин Зеленко был физиотерапевтом Квинна и занимался с ним несколько месяцев, он сыграл важную роль в его выздоровлении. Если бы Фрей просто хотел избавиться от Квинна или похитить его, у него было для этого огромное количество возможностей. Из записей ясно, что в тот день на крыше Северин Зеленко действовал спонтанно, потому ряд непредвиденных событий привёл к тому, что его разоблачили, а Жанна д'Арк тоже стала претендовать на Квинна. Это явно не вписывалось в его планы.