Книга За гранью возможного, страница 192 – Керстин Гир

Химера остановилась и посмотрела на меня большими красивыми глазами, которые когда-то принадлежали маме Фариса и Надима.

— Я мечтала встретиться с тобой с тех пор, как Фарис впервые рассказал мне о тебе. Он хорошо заряжал меня энергией и вводил в курс дела, но именно ты можешь перенести меня на другую сторону, – сказала она, – где, если верить Фарису, многое изменилось с тех пор, как я в последний раз там была. Восемь миллиардов человек! Миллионы, ютящиеся в тесных помещениях городов… Это же шведский стол, о котором такое бедное существо, как я, может только мечтать! И я могу менять форму так часто, как захочу. – Она опустила взгляд. – Я начинаю уставать от этого. Хотя в безобидном облике что-то есть. Люди не боятся, когда я приближаюсь к ним…

И тут, так внезапно, что я рефлекторно вздрогнул, она прыгнула вперёд и схватила меня за руку. Я ударился спиной о стену, и гнилая палка сломалась о рёбра химеры. Она отпустила мою руку только тогда, когда я со всей силы отшвырнул её. Разозлившись на себя, я выскочил на палубу. Ей удалось застать меня врасплох. И она прикоснулась ко мне! Это могло закончиться катастрофой.

Согласно плану, я должен был убежать, но мне этого больше не хотелось. Я не собирался позволять этой проклятой нечисти высасывать жизненную энергию из кого-либо ещё, я собирался убить её здесь и сейчас, раз и навсегда. Мой взгляд упал на огромный якорь, на котором совсем недавно сидели Фарис и его лжемать. И хотя я всё ещё помнил слова профессора Кассиана о том, что здесь, на Грани, воздух – всего лишь воображаемая конструкция, одним движением руки я с лёгкостью послал тяжёлый якорь сквозь эту конструкцию и бросил его в бассейн. Эффект оказался сильнее, чем я ожидал. Дно бассейна не выдержало веса якоря, он с грохотом обрушился вниз на одну палубу и стал проваливаться дальше, поднимая пыль и мусор. С некоторым удовлетворением я понял, что бассейн превратился в глубокую яму и унёс с собой химеру.

«По всем законам логики, после этого действа она должна быть достаточно измотана. Надо запереть её в каюте где-то в глубине корпуса лайнера и послать нексам анонимную наводку, откуда они могут забрать коварную нечисть, замышляющую недоброе».

Я как раз добрался до лестницы, когда кто-то подошёл ко мне с обеспокоенным лицом. Кто-то, кого здесь не должно было быть. Кто-то, чьи серые глаза сияли от радости.

— Квинн! – с облегчением воскликнула Матильда.

— Как демон, ты должен знать толк в заклинаниях, – сказала я, пролезая через отверстие в задней части силового блока. По дороге сюда я ломала голову над тем, как нам расправиться с этой злобной химерой.

— П-ф-ф, – фыркнул Бакс, который всё ещё оставался невидимым. – Только человеку могла прийти в голову такая глупая идея. В одной только «Книге семи печатей» Соломона семьсот семьдесят семь формул, и если умножить это число на семь, то получится ещё больше. И ты думаешь, аркадийцы позволят нам вот так просто заглянуть туда? Мечтать не вредно.

— Чушь собачья. – Вытянув руки, я попыталась задвинуть заслонку изнутри, чтобы любой, кто случайно забредёт сюда, не обнаружил наш проход. Но не успела этого сделать, потому что в проёме появилось лицо Жанны д'Арк.

— Привет, человеческая девчонка, – протянула она, – ты разговариваешь сама с собой? – Не дожидаясь ответа, она подошла ко мне по узкому коридору. – Кстати, красивая блузка. Похожа на саван моей тёти Исельты. – Хихикнув, Жанна протиснулась мимо меня и тут же снова стала серьёзной. – Давай проясним ситуацию – вам лучше оставить грязную работу мне. – Поскольку она говорила во множественном числе, я на мгновение подумала, что она увидела Бакса, но, во-первых, он был невидим, а во-вторых, она тут же продолжила: – Даже если маленький потомок, вероятно, думает, что сможет снова сыграть героя.