Книга Сила любви, страница 63 – Керстин Гир

— Удачи, – услышал я его пожелание.

Я уже стоял на кладбище. Было абсолютно темно, и прошло несколько секунд, прежде чем я смог различить хоть какие-то очертания. Как и каждый раз, когда я возвращался с Грани, мне казалось, что я стал вдвое тяжелее. Нога болела, я пошатывался от усталости и был рад, что могу опереться на свои костыли.

— Добрый вечер, дорогой господин. Хотя сейчас уже совсем не вечер, – приветствовала меня бронзовая статуя с соседней могилы. Она принадлежала народному поэту Клавиго Бергу, который старался говорить в рифму.

Я посмотрел на свой мобильный. Три сорок шесть. Действительно уже не вечер.

— Эта прекрасная летняя ночь скоро закончится, – вполне уместно добавил Клавиго.

— Вот поэтому свалить отсюда мне не терпится, – зарифмовал я в ответ и захромал прочь.

— А я-то надеялся, что кто-то с рифмой заморочится, – ворчал Клавиго у меня за спиной. – Ну и невежда.

Этот «невежда» просто хотел скорее попасть домой. И добраться до своей постели, чтобы родители не проснулись.

В ночь, когда мы с Квинном должны были впервые встретиться в нашем сне, ожидалась гроза. С полудня воздух был насыщен влагой, и жара, стоявшая уже второй день подряд, становилась невыносимой – больше тридцати градусов в тени. Моя маленькая комнатка под крышей превратилась в самую настоящую духовку.

Словом, не самые лучшие условия для ношения носков во сне.

— Надо было положить их в морозилку. – Юли поднесла вспотевшее лицо поближе к вентилятору. Вентилятор вместе с пакетами со льдом создавал хотя бы иллюзию прохлады. Однако его зловещее дребезжание не позволяло нам оставлять его на ночь – мы опасались, что старина в любой момент может загореться. – А зачем ты надеваешь оба?

— Может, у неё страх асимметрии, – сказал Бакс, который пришёл посмотреть свой детективный сериал и теперь злился, потому что мы собирались спать.

— Ты права, одного будет достаточно.

На жаре мой мозг действительно работал не лучшим образом. И ещё я почему-то волновалась, как будто сегодня было моё первое свидание с Квинном. С тех пор как парень Балаклава, он же Тан, оказался похитителем Луизы, защитные инстинкты Квинна стали очень кстати. После моего вчерашнего сообщения он тут же сорвался с места и ворвался на урок немецкого, как будто Сыны Севера могли в любой момент прийти и похитить меня.

Чтобы вытащить меня из класса, он заявил что-то о чрезвычайном происшествии, и мне теперь нужно до понедельника написать сочинение о глупой Гретхен Гёте. Дёльбе конечно же не поверила в чрезвычайное происшествие и сильно разозлилась, когда я вернулась в класс.

— Минимум четыре страницы! Только постарайся, иначе я снижу тебе оценку, и она пойдёт в аттестат. И почему бы тебе не проанализировать, актуальны ли сегодня мотивы Гретхен, побудившие её пожертвовать своей жизнью ради мужчины?

Что, простите? Мы с Квинном не были похожи на Фауста и Гретхен. Квинн не был эгоистичным засранцем, а я – безнадёжно наивной, и с нами не случится трагедии. Даже если Квинн в данный момент придерживался иного мнения. Он винил себя в том, что Фрей заинтересовался мной, говорил, что недостаточно хорошо спрятал свои мысли, и что подверг меня опасности, и бла-бла-бла. В общем, старые утомительные разговоры, которые, как я думала, уже давно остались в прошлом.