Книга Сила любви, страница 56 – Керстин Гир

Я почувствовал, как Гиацинт напрягся. Профессор Кассиан тихонько вздохнул, а Фея поджала губы. Нил выглядел так, словно только что съел целый лимон, или же это было просто его обычное выражение лица. Фрей, напротив, был совершенно спокоен и улыбался. Его спутником оказался один из Сынов Севера, мускулистый молодой парень, показавшийся мне знакомым.

— Всем привет, рад вас видеть, – весело сказал Фрей. В то время как остальные тоже пробормотали «привет», его взгляд задержался на мне. Теперь его голос стал немного серьёзнее. – Даже если повод не самый приятный, конечно. Я очень рад, что ты выжил после того подлого нападения, Квинн. – Он посмотрел на остальных. – Тяжёлые времена, не так ли? После восстания чёрных эльфов никто, кажется, не соблюдает никаких правил. Есть ли какие-нибудь следы похищенной предсказательницы?

Да, и они ведут прямо к вам, чуть не сказал я. Остальные только покачали головами. Фрей не мог одурачить меня своим невинным поведением, они с Мореной были в сговоре, как сказал Эмилиан, и именно люди Морены, метающие ножи… Чёрт! Я слишком поздно вспомнил, что Фрей – телепат. Я поспешно начал считать от ста в обратном порядке.

Лифт наконец поехал.

— Честно говоря, я всё ещё отказываюсь верить, что Божественный Оракул, как говорят, возродился в чёрном эльфе… – сказал Фрей, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Богиня не расистка, – ответила Фея.

Пока Фрей снисходительно улыбался ей, его спутник внимательно разглядывал меня. Оставалось надеяться, что он не читает мои мысли. Почему он показался мне таким знакомым? Может быть, потому что с его белокурыми, коротко стриженными волосами и в чёрной одежде он вполне мог быть младшим братом Гудрун и Гюнтера. У него было точно такое же презрительное выражение лица. Когда Фрей почувствовал, что я смотрю на него слишком пристально, его рот исказился в высокомерной ухмылке. Как будто он знал что-то, чего не знал я. Я незаметно проверил, не приклеился ли к моей рубашке «сюрприз» от Конфуция. Или что-то не так с моим лицом? Но моё отражение в золотых стенах кабинки выглядело совершенно нормальным, за исключением того, что оно было золотым.

Парень продолжал смотреть на меня.

Фрей тоже это заметил. Улыбаясь, он сказал:

— Вы с Таном родились в один год, Квинн, ему тоже только-только исполнилось восемнадцать. Однако Сыны Севера празднуют становление мужчины в шестнадцатый день рождения.

— Понятно, – пробормотал я.

«Становление мужчины»? Сама эта фраза звучала совершенно по-дурацки.

«И как именно празднуют Сыны Сев… Упс! Восемьдесят, семьдесят девять, семьдесят восемь…»

Несмотря на то что лифт был всего лишь воображаемым, он чертовски долго добирался до самого верха – кабинет ректора, разумеется, находился в пентхаусе под стеклянным куполом – и выглядел так, как будто ему срочно требовалось техническое обслуживание.

Может ли лифт на Грани в самом деле разбиться? И почему этот парень не перестаёт на меня пялиться? Неужели у Сынов Севера это считается проявлением особенной мужественности? Все остальные, даже Фрей, вели себя, как обычные люди ведут себя в лифте: Фея нервно пощипывала вышитые цветы на платье, Фрей тихонько напевал себе под нос.

Мы доехали до пятьдесят девятого этажа, когда лифт наконец остановился и двери открылись. Чтобы оставить как можно больше расстояния между собой и этим зевакой с Севера, я вышел из лифта последним. Я очутился в некоем подобии прихожей, и первое, что бросилось мне в глаза, – высокая фигура человека в маске с клювом.