Книга Сила любви, страница 167 – Керстин Гир

— Продолжай, продолжай! – призывал Дэв, не сводя глаз со скалы. Впервые с тех пор, как я его знаю, в его голосе слышалось беспокойство, если не сказать паника. – Неужели ты не можешь вспомнить больше ни одного греха, который тяготит твоё сердце?

Оставался только один. Я посмотрел на Дэва и, глубоко вздохнув, произнёс:

— Фрей похитил Матильду и пытается меня шантажировать. Если я смогу открыть звёздные врата и от меня будет зависеть, кто получит силу богини, то я должен отдать её ему и Морене.

Воздушный шар взлетел вверх с такой силой, что мы все потеряли равновесие и вынуждены были ухватиться за верёвку.

Дэв уставился на меня.

— Это многое объясняет, – пробормотал он. – Мне жаль, ты, должно быть, чувствовал себя ужасно всё это время.

— Это мне жаль, – сказал я. Не знаю, за что именно я извинялся: что не сказал Дэву правду или что я собирался сделать то, что потребовал Фрей, даже если это будет означать, что тиран и злая ведьма захватят мир.

— Мы спаслись от Флегетона, но гора, вероятно, станет нашей судьбой, – заговорил Кассиан, о котором я уже почти забыл. К сожалению, он был прав: мы всё ещё шли прямо по курсу к отвесной скале. И при такой скорости у нас оставалась одна минута, не больше, прежде чем мы врежемся в неё.

— Ну же, теперь ваша очередь, профессор! – крикнул я. – В конце концов слоны Ганнибала подняли нас на несколько метров вверх. Почему бы вам не признаться в самом ужасном поступке, который вы когда-либо совершали? Следующая буква «б», как в слове «богиня». Расскажите нам, что сделали вы, Темис, Морена, Фрей и Нил!

— Я не могу говорить об этом.

Глаза Кассиана наполнились слезами.

— Ну же, профессор! Сделайте это ради нас! Мы живём на этом свете всего восемнадцать лет, Дэв даже не успел совершить ни одной ошибки. Спасите нас! Облегчите своё сердце. Расскажите нам о своём восстании против богини.

Кассиан глубоко вздохнул.

— Мы не просто восстали, мы перевернули мир с ног на голову, – сказал он. – Из-за нас после смерти о существах с Грани забывают. Мы даже не помним тех, кого мы любили. С тех пор не прошло ни одного дня, чтобы я не пожалел об этом.

Летательный аппарат взмыл вверх, но скале, казалось, не было конца и края, и мы продолжали неумолимо приближаться к ней.

— Что ещё, профессор? – крикнул я.

Кассиан глубоко вздохнул:

— Это всё моя вина. Это восстание было не моей идеей, но именно я придумал, как победить богиню. Только из-за меня всё это случилось.

И как только он это вымолвил, летательный аппарат катапультировал нас в воздух, мы взлетели в небо, пробили облако и… оказались на земле перед каменным кругом Стоунхенджа.

Я изо всех сил старалась удержать голову над водой, проносясь по одному коридору и тут же оказываясь в другом. Течение было настолько сильным, что я даже не могла думать о том, чтобы плыть. Моё тело постоянно ударялось о стены, и меня затягивало под воду так, что я уже не знала, в какой стороне воздух – вверху или внизу.

Когда я на мгновение вынырнула, мне показалось, что я вижу в темноте призрачные силуэты людей, мелькавшие в воде. В какой-то момент меня снова затянуло под воду, но на этот раз водоворот был слишком сильным, я не успела вдохнуть, меня понесло.

В тот миг, когда я уже не могла больше терпеть и мне казалось, что моя грудная клетка вот-вот лопнет от нехватки воздуха, меня выбросило из лабиринта, как пробку из бутылки шампанского. Я рухнула на землю, и мои лёгкие жадно наполнились воздухом. Я почувствовала под ладонями влажную траву, из-за верхушек деревьев выглядывала луна, а прямо надо мной в небе летела комета.