Книга Бессонная война, страница 165 – Сэм Альфсен

Но Нуска стоял на своём:

— Любой другой мог играть роль эрда. Все наши регионы и так развиваются обособленно – эрд нужен лишь в военное время да на праздниках.

— Это хорошо, что ты понимаешь, что правитель не решает в своей стране всё. Но он подобен маяку, светочу, который ведёт свой народ через тернистый лес. И если правитель выберет не то направление, то и его подчинённые потеряются в лесу. На тот момент в Скидане нашёлся лишь один человек, способный вывести страну из густой чащи, – и им был Син.

Нуска не хотел спорить. Тем более что снаружи уже забрезжил рассвет. Лучи звезды, пробираясь через полупрозрачный тюль, уже осветили комнату.

— И всё же эта должность сделала эрда ещё несчастнее, – фыркнул Нуска, сложив на груди руки.

— Она и сделала его несчастнее, и одновременно подарила новый путь. Никто из нас не знает, что стало бы с Сином, избери он другую участь. Его страдания начались не с того, что он стал правителем Скидана, – они начались куда раньше.

— Верно, – вдруг согласился Нуска и подался вперёд. Вглядываясь в лицо своего учителя, он проговорил: – Я рассказал вам почти всё, что знал. А теперь ваша очередь рассказать, как убить Тиаму. Ту, кто виноват во всех бедах Скидана.

Минхэ некоторое время молчал. Несколько морщин пролегли между его бровей – кажется, он не планировал так скоро посвящать своего ученика в эту тайну, но и отказаться от своих слов не мог.

— Ты ведь не побежишь махать мечом и искать Тиаму сразу, как мы закончим разговор? – уточнил учитель, сложив руки на груди.

— Не побегу. Она обещала вернуться к тёмной комете, а этот день должен наступить ещё до окончания этого года, – серьёзным тоном заверил Нуска и нахмурился. Он был уверен, что ему не придётся искать Тиаму – она сама найдёт их.

Минхэ снова выдержал паузу. Видимо, подбирал подходящие слова. А затем склонился вперёд – между его лицом и лицом Нуски оставалось около десяти сантиметров, когда он шёпотом быстро заговорил:

— Ты ведь понимаешь, что она не человек, Нуска. Её способности выходят за границы того, что мы можем себе представить. Если бы её цель состояла только в том, чтобы уничтожить Скидан, поверь мне: завтра ты бы не нашёл здесь камня на камне.

Нуска почувствовал, как его волосы встают дыбом, а к горлу подкатывает комок. Минхэ ведь это не всерьёз?..

— Подождите… Вы хотите сказать, что даже Син неспособен её остановить?

— Если бы она не была хаванкой, то, может, Син и справился бы, приложив все свои силы. Но в данной ситуации… Син умрёт раньше из-за конфликта светлой и тёмной дэ. Если лечение, полученное от хаванца, благотворно влияет на его состояние, то битва с хаванцем может убить его. Энергия от противостояния просто разорвёт его тело. Либо же… он станет драконом. И мы потеряем его навсегда.

Нуска молчал. Пораздумав некоторое время, он уверенно и слишком громко выдал:

— Тиама – дракон? Самый настоящий дракон, а не перерождённый в дракона сурии?

Минхэ коротко кивнул, и его взгляд потяжелел.

— Конечно, у меня нет никаких подтверждений этому, кроме её привязанности к Энлилю. Но… знаешь ли ты старое предание о сотворении Скидана?

— Однажды Син… дал мне текст одной песни. Там рассказывалось о дружбе человека и дракона.

Минхэ закрыл глаза. Приподняв руку, он сотворил на ладони несколько огоньков, которые закружили в такт его рассказу.