Книга Царь горы. Игра со смертью, страница 62 – Оксана Заугольная

— Давно, – буркнул Кирилл, выбираясь из палатки – с хвостом он с трудом помещался не только в спальнике, но и в одноместной палатке.

Настя смутилась. Очень странно, но она чувствовала себя виноватой, хотя не понимала за что. Ведь ее реакция была совершенно нормальной, еще даже очень сдержанной!

Она почувствовала себя еще больше виноватой, когда нащупала на себе трусики. Похоже, Кирилл и впрямь не планировал воспользоваться ее положением, а наоборот, спасал?..

Она поскорее оделась, благо вся ее одежда валялась поблизости, и выползла из палатки. Кирилл, уже снова в обычном человеческом обличии и одетый, колдовал над спиртовкой, пытаясь нагреть воду.

— Горячее надо попить, – буркнул он, не поворачиваясь к ней лицом. – Ты была холодная как лед, я думал, ты тут и откинешься. А теперь даже не знаю, вдруг последствия будут – даже просто ОРВИ может оказаться смертельно опасным.

Настя представила, как чихает в момент, когда прячется от проходящего мимо Семина, и с трудом удержалась от хихиканья.

— Спасибо, что пытался меня спасти, – она не знала, как извиниться, к тому же сомневалась, что греть ее своим телом, был единственный способ для Кирилла согреть ее, поэтому попыталась хотя бы поблагодарить. – Это и правда был лед. Не вода, а огромный долбаный кусок льда!

Она все-таки почти сорвалась на крик, но в последний момент уткнулась в куртку Кирилла, и крик потонул в ней, как и слезы. А Кирилл тотчас забыл про неприступный надутый вид, развернулся и прижал ее к груди, принимаясь осторожно покрывать поцелуями ее пальцы.

Ничего похожего на те яростные поцелуи, которыми он терзал ее кожу совсем недавно. И Настя загнала поглубже мысль, что те поцелуи ей нравились больше. И еще дальше она спрятала – даже от себя! – мысль, что хотела бы испытать их снова и, возможно, вовсе не от Кирилла.

— Гора опасна для тебя, – пробормотал Кирилл, не подозревающий о ее мыслях. – Очень опасна. Твою лжеинициацию нужно прервать, только как?

— Кто-то должен очень быстро добраться до вершины, – выдохнула Настя в ту же минуту, словно давно знала ответ. – Инициация всех остальных прервется, верно?

— Верно, – Кирилл скривился, словно у него заболели зубы. – Настя, я не могу оставить тебя и… я совершенно не жажду попасть в суперигру.

— Ты вообще ни при каких условиях не собирался побеждать? – догадалась Настя, удобно устроившись в его руках и наблюдая за небольшим котелком, в котором начали собираться первые мелкие пузырьки. – Даже если бы тут не было меня?

— В любом случае, – усмехнулся Кирилл. – Я же не самоубийца.

Они помолчали. Настя гнала вертевшиеся на языке вопросы про инициацию Кирилла, про то, зачем он на горе, и про то, почему он считает суперигру самоубийством.

— Есть еще один вариант, – наконец произнес Кирилл. – Мы должны сами провести твою инициацию раньше, чем ее закончит гора. Быструю и очень легкую, понимаешь?

— Ты так проходил? – спросила Настя и тут же пожалела об этом. Кирилл сильно побледнел, так, что каждая светло-серая чешуйка стала заметна на щеках, и качнул головой.

— Я не трусливый ужик, – ответил он хмуро. – Ненавижу этих мажоров, которым все падает с неба, даже прохождение инициации.

Настя вспомнила Марка, который стоял в водопаде, словно под обычным душем, пока она сама умирала в куске льда, и закивала, мол да, согласна, еще как!