Книга Петли времени — узор судьбы, страница 77 – Вера Окишева

Югани с восторгом наблюдал как человек, которого мы еще не отправили в прошлое, появился чуть поодаль от нас, а затем мы почувствовали всплеск магии и с удивлением поняли, что человек пропал что настоящий, что из будущего, словно они оба испарились. Этому могло быть только одно объяснение — нельзя путешествовать в то время, в котором ты жил, это верный путь к самоуничтожению. Материя времени весьма сложная субстанция, и я лишь мог предполагать, как действовало заклинание путешествия во времени. Что уж говорить, я единственный из драконов, кто вообще заразился этой идеей. Поэтому я так долго изучал теорию временных витков, чтобы понять саму суть. И теперь на практике удостоверился, насколько опасно соваться в эти дебри. Получилось, что заклинание создало временную петлю, куда и отправился человек, а мы с Югани остались на исходной нити, на которой ход событий для нас изменился, утратив момент отправки смертника в прошлое. Значит, появление Радалии в прошлом есть не что иное, как мое настоящее. Поэтому я ей говорил, что она не может изменить ход истории, это подвластно лишь мне.

Чтобы проверить эту теорию наверняка, решили отправить еще одного, но стоило нам с Югани это обсудить, как появилась копия из будущего одного из оставшихся двух подопытных и опять все повторилось — секунда и у нас остался лишь один человек. Мужчина упал на колени и взмолился не убивать его, а я задумчиво рассматривал магензий, последний из трех взятых с собой камней, самый маленький, меньше, чем бусины на браслете Радалии.

— Надо попробовать отправить его в далекое прошлое, — пробормотал я, вплетая магию.

— Уверен? — забеспокоился кузен. Все же он переживал за своих людишек, хотя и выбрал трех неугодных. Не знаю, чем они его разозлили, но, видимо, на такую кару Югани не рассчитывал.

Отправив человека в прошлое, мы ждали примерно шесть часов, пока он не появился, весь грязный, трясущийся от страха и голодный. Мужчину звали Борош и после его рассказа о своих приключениях, мне пришлось его убить. Как бы Югани ни был против этого, считая, что испытание явилось достаточным наказанием, но я молча покачал головой и спалил человека.

— Он слишком много знал. А путешествие в прошлое должно остаться тайной, я ясно выразился, кузен? Это касается и тебя. Никто не должен знать. Только мы втроем.

— А если твоя невеста расскажет кому-нибудь в своем будущем? — ехидно уточнил Югани, когда мы вернулись в мое логово.

Я закатил глаза, расстраиваясь мягкосердечности кузена.

— Кому-то очень-очень не повезет.

— Да уж, не повезет кому-то дружить с твоей невестой.

Мы встретились взглядами и криво усмехнулись. Оба знали, что так и будет, так как мы оба драконы. А Радалия моя.

Радалия

Шел тридцать первый день осени, я стояла возле лестницы на северном склоне Высокой горы и чуть не плакала. Я так устала, что сил не было. Финансирование от лаборатории быстро заканчивалось, а мы продвинулись лишь до середины. Я с ненавистью смотрела на нанятых работников и злилась. Они словно специально выводили меня своей медлительностью, а порой и глупостью. Тимиол занимался составлением карт, а я… А что я? Я плюнула и вспомнила о старинной мудрости — хочешь, чтобы сделали хорошо, сделай сам. Оттолкнув прораба, который лепетал, что дальше вверх вести лестницу некуда да и опасно, я стала подниматься, чтобы своими глазами убедиться в этом. Я уже не верила ни одному слову это лентяя. Только и умел, что деньги клянчить, а дело за шесть десятков дней не сдвинулось с мертвой точки.