Книга Ледяная страсть, страница 13 – Вера Окишева

— Да что ты будешь делать, – выдохнула в сердцах, когда поняла, что стрелки нарисовала себе разные. Выдохнула, стёрла, принялась чертить заново.

Но разве можнo отвлечься,когда в крови гуляет адреналин,когда все мысли только о мужчине и его аромате,который словно въелся в кожу, всё же плохо я приняла душ. Мне кажется, я пахну незнакомцем,и это заводило меня ещё сильнее, словно он до сих пор во мне. Надо еще поискать в интернете сексуальные практики по кусанию своего партнёра. Я, видимо, чего-то не знаю, совсем далека от мира сексуальных игрищ.

Всё же это в первый раз в моей жизни – я пишу заявление на увольнение по собственной инициативе. Не потому, что фирма закpывается, не потому, что закончился срок трудового договора. Нет, не поэтому. А именно потому, что я сама так решила. Волнуюсь, пальцы так и дрожат, а мысль, что я делаю непоправимую ошибку, щекочет нервы. Но я гордая и смелая, я написала , а потом так же, с чувством собственного достоинства, рoбко поглядывая, что бы не столкнуться с Олегом в коридоре, прошествовала в кадровый отдел, но не дошла. Навстречу мне из-за угла вышел начальник в обществе молодого холёного незнакомца. Кажется, наш москвич пожаловал. А я тут с заявлением в руках,которое срочно спрятала за спину и отошла к стеночке, чтобы дать мужчинам пройти. Но не тут–то было. Михаил Владимирович заметил меня и расплылся в сладкой улыбочке.

— А это Виктория Николаевна Лис…

— Лисичкина? - весело подсказал новенький.

Я закатила глаза. Юмористы из столицы понаехали, концерты дают бесплатно. Что , если рыжaя, значит, сразу лисичка? Как банально, не то, что мой знакомый незнакомец. Чучундра весьма оригинальное прозвище и выбивается из общей массы кличек-обзывалок. И никто не докажет мне, что это ласкательные слoва. Меня они точно не ласкают, ни слух, ни настроение.

— Листочкова, - строго поправила брюнета, который, нисколько не смущаясь, сделал шаг ко мне и протянул руку для делового пожатия.

— Наслышан о вас. Ρад личному знакомству.

Я пожала мужскую сухую ладонь, поражаясь, какая она прохладная. Обычно мужчины горячее женщин, а тут, словно у него низкое давление, но вид больно цветущий и синих теней под глазами нет. С улицы только пришёл? Сегодня похолодало. Как там мой ночной визави? Так хочется поскорее сбежать с работы и рвануть на бережок. Мне определённо нужны ответы на мои слегка неприличные вопросы.

— Не могу разделить вашей радости, - в тон ответила ему, перевела взгляд на начальника. - Прошу меня извинить, но я спешу.

— И куда? – заступил мне дорогу москвич, еще и нагло выхватил лист из моей руки, демонстративно читая вслух: – Заявление на увольнение. И как это понимать, Михаил Владимирович? - спросил новенький у начальника с таким напором, словно он сюда не простым начальником отдела снабжения прибыл, а на место самого директора филиала.

Михаил Владимирович побледнел и занервничал. Кажется, мы чего-то не знаем?

— Виктория Николаевна… – начал он, выразительно поднимая голос, словно отчитать меня решил за опоздание материалов. Но я лишь попыталась вернуть листок, желая поскорее распрощаться и с мужчинами, и с фирмой в целом. – Как это понимать, Виктория Николаевна? Вы же самый перспективный работник отдела снабжения. Что вас не устраивает? Или это из-за Шилютина?