Книга Командировка в Амазонию, страница 95 – Вера Окишева

А самое неприятное то, что эти нити были нужнее не им, а мне. Я хотела чувствовать себя кому-то нужной, мне была приятна мысль, что от меня зависят, меня любят.

И вот в одночасье мы поменялись ролями. Теперь я двигалась так, как того хотели рыжики.

— Хватит, спасибо, — оттолкнула я от себя мужские руки. — Дальше я сама.

— А поцелуй? — ехидно спросил рыжик, самодовольно улыбаясь.

Я возмущенно стукнула его в лоб. Вот наглости!

— Я не просила меня мыть! Так что твои пять минут счастья закончились. А могла и сразу выгнать! — назидательно изрекла я, складывая руки на груди.

Проследила, как Тарас выпрямился, запрокинув голову. Мужчина склонился надо мной, с явным намереньем поцеловать. Но помня недавний инцидент, я не спешила с выводами. Вдруг у него опять на уме этого и нет.

— Митя, Агла, вы где? — раздался окрик из комнаты.

Глаза мои от удивления расширились, рот неприлично раскрылся. Я даже от возмущения чуть воздухом не поперхнулась.

— Гадина! Митя, ну сколько можно! Я так вас никогда научусь различать! — смогла я справиться с голосом.

Вошедший Тарас застыл в проходе. Он в немом удивлении смотрел, как я ругаюсь с веселящимся Митей. Тот уворачивался от моих рук, от мочалки, от губки. Потом в ход пошли флаконы, баночки. Вот тут Митя ретировался, так как эти снаряды были точнее и больнее.

— А что тут происходит? — спокойно спросил у меня Тарас.

А я была настолько зла, что высказала и ему про засосы, и про то, что притворяться братом низко и подло!

— Я просто хотел узнать, как ты относишься к Тарасу! И…! — перекричал меня Митя.

— Что и? — грозно спросила у него.

— И ты к нему так же относишься, как и ко мне. Я думал, ты его больше любишь. А ты даже не обняла! — обвиняюще закончил оболтус и выжидательно уставился на меня.

Я совсем растерялась. Не понимала, чего он от меня ждет.

— И чего? — язвительно спросила, когда ждать продолжение надоело.

— А то! — передразнил Митя. — Как тебе не стыдно!

— Я не поняла, а чего стыдиться-то?

— Ты голая стоишь перед нами, — поделился догадкой Тарас, протягивая длинный халат. — Ты тоже оденься и вниз. Там мама и девочки ждут только вас.

Закутавшись в халат, я страдальчески стала рассматривать своё отражение. Тяжело выдохнула, сделав для себя неутешительные выводы, что следы ещё долго не сойдут.

— Я никуда не пойду. Лучше спать лягу, — недовольно сказала я, проходя мимо Тараса.

— Пойдёшь, — спокойным голосом возразил он.

Замерла, удивленно разворачиваясь к нему. Он был задумчив, на лице ни тени веселья. Значит, не шутил.

Но всё равно я не собиралась позориться перед Наташкой. Она же начнет гнуть, что я сама во всем виновата, как будто я и без неё этого не знаю.

— Тарас, я сказала, что не пойду. И не зли меня ещё больше, — решила отстаивать свои права.

На что мужчина резко схватил меня на руки и, подойдя к кровати, посадил на неё. Митя уже был одет, застегивал пуговицы. Тарас поднял с полу мои вещи, протягивая их мне.

— Я не пойду, — заупрямилась я. — Вы сами виноваты. Нечего было оставлять на мне это!

Резко распахнула ворот халата, демонстрируя синяки на коже. Рыжик довольно улыбнулся.

— Зато все будут знать, что ты наша.

— Я не пойду, останусь здесь.

— Пойдешь, — давил Тарас.

— Нет. Если будешь и дальше настаивать, буду кричать.