Книга Командировка в Амазонию, страница 92 – Вера Окишева

— Развяжите меня, — потребовала я, но меня никто не услышал.

Тарас отложил телефон и тяжело выдохнул.

— Как не вовремя! — раздосадовано вскрикнул Митя.

— Да уж, — согласился с ним брат. — Ну, ладно, я скоро. Развлекайтесь.

То, с какой легкостью Тарас меня подтолкнул к Мите, поразило до глубины души.

— Эй, вы что себе позволяете! А ну, отпустили меня. Вы, по-моему, заигрались! — крикнула я им.

— Ну, что ты, любимая, мы только ещё начали играть, — многообещающе прозвучал шепот рыжего, отчего я внутренне вся сжалась.

— Митя, отпусти, хуже будет!

Но мои убеждения на него не действовали. Он, улыбаясь, удобнее притянул меня к себе и снова начал целовать.

— Ты такая сладкая, — успевал делать эротические комплименты Митя между поцелуями. — Так бы и съел тебя всю. Зацеловал бы тебя везде.

Его настырные пальцы проникли у меня между сжатых ног. Я задергалась, пытаясь вырваться, только чем сильнее дергалась, тем глубже оказывались мужские пальцы. Изогнулась, застонав, когда Митя стал ими активно двигать внутри.

— Да, моя страстная. Да. Я чувствую, как тебе нравится, ты хочешь…

— Перестань, Митя, — взмолилась, пытаясь остановить его, пока не поздно.

— Нет, Аглаида. Ты же вся…

— Не смей! — крикнула, не желая слушать похабщину.

Мужики все одинаковые, вот надо в такой момент такие гадости говорить.

— Не смей говорить это вслух, прошу, не надо, — взмолилась я.

Сделала я это от того, что понимала, почему замер Митя. Не от того, что проникся, нет! У него было такое жестокое выражение лица, что хотелось зарыться под одеяло и притвориться, что меня здесь нет.

Рыжик оттаял и снова стал улыбаться.

— Ты стесняешься? Аглаида, мы же женаты. Чего нам с тобой стесняться? Нежная моя девочка стесняется, никогда бы не подумал! — развеселился Митя.

— Развяжи меня, — снова потребовала у Мити, но он отрицательно покачал головой.

— Ну, уж нет. Так интереснее. Тебе, наверное, неудобно на спине лежать, так что давай сменим позу.

Гад! Другого слова и не подобрать к нему. Перевернул на живот, ещё и подушку под него подложил.

— Митя, хватит! — возмущенно крикнула, прежде чем он влез сверху и поцеловал.

Почувствовала, как он раздвинул мои ноги и опять начал прерванную ласку. Пальцы умело доставляли мне удовольствие, отчего я начала постанывать, забывая стыд. Жаркие ладони сжали мои бедра, слегка приподнимая. Я вскрикнула, когда резким движением Митя проник очень глубоко. Замерев, он сильнее прижал к себе, тяжело вздыхая.

— Я люблю тебя, Аглаида. Люблю. Пусть ты меня потом будешь ненавидеть, но я хочу тебя всегда, везде и всюду. Хочу тебя покорную, страстную. Я заставлю тебя желать меня, пока смерть не разлучит нас, — услышала я рыжика.

А потом он начал двигаться резко безостановочно, пронзая мощными толчками. Это было безумие. Голос у меня срывался, дыхание сбилось, а сердце было готово выскочить из груди. Внутри всё болезненно сжималось от возбуждения, желая освобождения. Хотелось ещё и ещё, чтобы Митя не останавливался. И рыжик, словно предугадывая мои желания, продолжал, ускоряя темп. Испуганно вздрогнула от рыка, который огласил комнату. Митя замер, мыча от наслаждения, и обессилено лёг на меня сверху, придавливая своим телом.

— Это было ещё лучше, чем первый раз. Аглаида… — протянул Иванов, покрывая мою спину поцелуями. — Ты невозможно желанна.