Книга Чужая жизнь, страница 43 – Вера Окишева

— Дорогая, поздоровайся с янаратом. Ты и так непозволительно долго наряжалась.

Янарат на слова Тамино опять усмехнулся, скептически оглядывая меня с ног до головы, словно грязью облил.

— Алиас, друг, я смотрю, ты жену наказываешь?

Тамино оглядел меня, словно впервые увидел. Затем недоумённо воззрился на янарата, а тот поспешил разъяснить нам с Алиасом свои умозаключения. Я же решилась приблизиться к столу, где меня ждали дети. Что Эльза, что Генри вели себя очень скромно, ели молча, косясь на гостя.

— Ни одного украшения. В прежние времена, помнится, она была любительницей похвастаться очередным твоим подарком: то сережки, то гарнитур, то кольцо с бриллиантом. А сегодня даже знаменитого обручального нет.

Алиас быстро кинул взгляд на меня, а я спрятала руки за спину.

— Ничего страшного, переживу, — не очень воспитанно ответила, но чего расшаркиваться перед тем, кто даже поздороваться как следует не собирается, и разговаривает так, словно меня здесь нет или я вещь какая.

— Это вынужденная мера, — в своё оправдание произнёс Алиас и всё же вспомнил о манерах, встал и помог сесть мне. Отгоняя прочь слугу, сам подвинул стул, нежно целуя в щёку.

— Я вижу, вы помирились, а то моя жёнушка все уши прожужжала, чтобы я слетал к вам и проверил. Как вы понимаете, законопроект по разводам хоть и рассматривается, но, скорее всего, я его в очередной раз заверну. Земные женщины такие алчные пошли: нашего брата желают до нитки обобрать, — фальшиво сетовал янарат. — Отступные, видите ли, маленькие. Детей с отцом оставлять нельзя. И всё в том же духе. Хотят и детей себе оставить, и денег с отца побольше получить.

Разговор был неприятным. Янарат долго ещё ругал земных женщин, всё ставил в пример свою драгоценную жёнушку. Я же мысленно уже возненавидела и его, и жену, которая, наверное, святая, раз терпит такого типа с раздутым самомнением. Алиас пару раз останавливал меня взмахом руки, не позволяя высказаться гостю. А затем предложил янарату перейти в кабинет и выпить благородный напиток. Я с облегчением вздохнула, когда альбиносы убрались из столовой.

— Ну и тип, — возмущённо выдохнула, обращаясь к детям. Те заулыбались.

— Дядя Кош хороший, — вдруг заверил меня Генри.

— Только притворяется плохим, — была с ним солидарна сестра.

Я усмехнулась. Если дети к нему так хорошо относятся, то, наверное, стоит к ним прислушаться. Может это просто опять предвзятое отношение ко мне. Никто же меня не воспринимает как Кэйт, я для всех Берта.

После обеда Эльза позвала с собой, но пришедшая в столовую Наята напомнила им о занятиях и увела детей. А я отправилась в библиотеку, куда меня пригласил мажордом, сообщая, что ши Тамино оставил мне там записку. Я не могла понять, когда он успел мне написать хоть что-то, но, как оказалось, успел. Он выполнил обещание и написал пароли Берты ко всем её соцстраницам. В библиотеке возле окна, напротив стеллажей стоял рабочий стол с компьютером, на нём я и решила начать расследование. Правда, вскоре я пожалела, что вообще взялась за это дело. Если бы я помнила, какова моя сестра, то остановилась бы. Но мне было важно узнать, кто стёр мои данные. Кто стёр меня как личность.

Год назад

Новоман

Алиас

Во дворец янарата Алиас спешил, опаздывая на полчаса. Он был собран, но внутри всё клокотало. Слуги при виде сурового лица Тамино спешили поскорее его пропустить к янарату. Тот дал распоряжение доложить о прибытии гостя. Двери открывались автоматически, охрана стояла возле каждой, так как Шияна был мнителен и боялся за жизнь своей жены. После родов добавилось проблем. Дочка родилась слабенькой. Янарат стал очень дёрганым, характер его стал ещё более нетерпимым. Везде видел врагов и предателей, и они были.