Книга Чужая жизнь, страница 40 – Вера Окишева

— Ты всё ещё дуешься на меня? — тихо шепнул он, наклоняясь к моему уху, отрывая от разговора с Эльзой.

Я медленно повернулась к нему и, закусив губу, несмело покачала головой. Да как тут можно обижаться, когда тебе подарили такой утренний секс, затем дождались из душа, одели, привели в божеский вид, а сейчас везли развлекаться.

В столице был самый большой и очень популярный детский парк. Дети уже не раз были здесь, но они с большим энтузиазмом рассказывали, на каких аттракционах мне непременно следует прокатиться. И стоило мне выйти на парковке, задрать голову, с восторгом оглядывая дворцы и поднебесные башни, как сразу же поняла, что я не выживу! Чего тут только не было. Очень много персонажей из мультфильмов бродили по дорожкам и фотографировались с детьми.

Мы с Алиасом старались не отставать от детей. Я и Эльза пытались выбирать девчачьи карусели, а Генри с папой, как мальчики, больше «стрелялки» и «леталки». Но все мы дружно прокатились на звёздных патрульных кораблях.

Через три часа я была выжата как лимон. Алиас меня выносил на руках. Меня укачало, тошнило, ноги и голова гудели, а живот сводило от голода. Дети продолжили веселиться с няней, которую пришлось вызывать из дома.

Алиас вошёл в скайт, сел, осторожно усадил меня рядом. Я была ему очень благодарна. После того как увидела звёзды на нонарских гонках, поняла, что вся жизнь перед глазами пролетела. Мне дали в руки бутылку с водой. Мои туфли Тамино снял и стал разминать ступни. Я вздрогнула, застонала, нечаянно обливаясь водой от нахлынувшего наслаждения.

— Тихо, тихо, пилота напугаешь, — негромко смеясь, посоветовал Алиас, нисколько не смущаясь.

Мне тоже было не до этого. Щекочущие волны блаженства, пробирающие до мозга костей, накрывали с головой, когда его пальцы массировали подушечку ступни.

— Дорогая, тише, — просил Алиас. А как молчать, когда внизу живота сконцентрировался центр томления? — Зетар, — обратился он к пилоту, — выключи микрофон.

Властная ладонь нырнула под подол юбки. Я ахнула, села, пытаясь отодвинуться.

— Не двигайся, — приказал альбинос.

Я замерла, но руками пыталась убрать его ладонь со своего бедра. Но мужские пальцы тянули за собой и край чулка. Улыбка на губах манаукца была коварной и шаловливой.

— Не бойся, — шепнул он, и снял чулок.

Массаж продолжился, а я растаяла окончательно. Достав из минибара вино, он стал мыть им мою ногу! Затем вылизал каждый пальчик, поливая вином. Струи бежали вниз по ноге, мочили сидение, ткань юбки, даже трусики. Я уже пребывала в мире блаженства. Вторая нога также была омыта и вылизана. Боль как рукой сняло! Это невозможно приятно, когда язык проникает между пальчиками.

— Хочу тебя, — тихо произнёс Алиас, и я была с ним согласна. Хочу. Сама хочу, сильно болит всё внизу живота. — Но нельзя, — я замерла, удивлённо моргнула, — дети возвращаются.

Я ахнула и села прямо, поправляя одежду. Чулки схватила, но Алиас их отобрал и спрятал в карман брюк. Я пересела на сухое место, а бессовестный манаукец подмигнул, глядя на мокрую ткань сидения.

Детей посадили на боковые сидения, объясняя, что вино пролили случайно, хотя шия Гонер, кажется, что-то заподозрила. Она старательно отводила взгляд и просила детей не шуметь. А Эльза не понимала, она хотела рассказать мне, как классно провела время, поэтому села мне на колени. Я же пыталась задрать ткань юбки, чтобы девочка не села на мокрое. К концу поездки я чуть не стала косой. Всё краем глаза следила за Алиасом, на колени которого забрался Генри и ревниво поглядывал на нас с Эльзой.