Книга Опасная клятва, страница 5 – Вера Окишева

Серафима чуть не разрыдалась, так как многие из сокурсников уже собрались и прислушивались к звонкому голосу бабы Мары. А та, коварно улыбаясь, ждала законного поцелуя. Если бы не родители, если бы не бабушкина квартира возле университета, то Фимке бы не пришлось снимать кепку и целовать бабушку в обе щёки.

— Ой, ты моя хорошая. Давай не хворай. Точнее, хворай, но только от похмелья. Я тебе там таблеточки от головы положила и бутылку вискаря. Развлекайся.

— Бабушка, я работать туда еду, — в который раз напомнила внучка, которой никак не удалось убедить родственницу, что это сугубо деловая поездка.

— Наработаешься ещё. Рано тебе таким голову забивать, — весомо отозвалась та в ответ.

Звонко чмокнув внучку в щёку, оставив на ней алый след, бабушка хлопнула ладонью Фимку чуть ниже спины, от чего та подпрыгнула, а сокурсники тихо рассмеялись. Девушка смутилась, но продолжала улыбаться. Баба Мара, мысленно строя план их случайной встречи, поспешила за уходящим брюнетом, который размашистым шагом направлялся на улицу. Глядя на спешащую и виляющую бёдрами старшую родственницу, девушка осторожно косилась на своих сокурсников, которые так же, как и многие в зале, не могли оторваться от созерцания импозантной дамы, придерживающей рукой свою широкополую шляпку.

На бабушку нельзя было обижаться — хуже будет. Поэтому Серафима дождалась, когда мать отца у самого выхода из космопорта помахала ей рукой, и только после этого выдохнула, и натянула кепку до самых глаз. Родственники порой ломали всё её старания казаться более взрослой и умудрённой жизнью. Жутко смущаясь, Фимка подошла к образовавшейся группе и приветливо улыбнулась уже знакомым сокурсникам.

— Привет, — поздоровалась она.

Яркая блондинка, Анита Суханова, указала пальчиком на выход и доверительно шепнула:

— Это кто?

— Бабушка, — не стала скрывать Фимка.

— Она у тебя классная, — подхватила брюнетка, Юлиана Жаравина. — Вот бы и моя бабушка была бы такой.

— Да, я тоже хочу такую же бабулю. Она просто секси, — добавил Алик Маратов. — А сколько ей лет?

— Алик! — возмутилась Анита. — Ты что у женщины возраст спрашиваешь? Как выглядит, столько и лет.

— Нет, ну честно, — требовательно воззрился Маратов, смешно стоя бровками домик.

— Вообще-то семьдесят, но это секрет, — тихо шепнула Фимка, осторожно оглядываясь, словно бабуля могла услышать даже на шумной улице.

— Ого! — разом все присвистнули.

— Слушай, а ты же на неё похожа! — вдруг заметил родственные черты лица Саша Мантьян, что не могло не польстить Фиме.

— Точно, — согласилась с ним Юлиана, — значит, ты так же будешь классно выглядеть в семьдесят лет. Я уже завидую, — закончила она и состроила грустную рожицу.

— Да ну вас. Вы тоже красивые. Да и я уверена, выглядеть будете ещё красивее, — совсем засмущалась Фима, не привыкшая к такому вниманию окружающих.

— Так, все собрались? Молодцы! — громогласный голос физрука заставил студентов отвлечься от разговоров.

— А что тут делает Семён Яковлевич? — спросила Юлиана, и все поддержали её удивление. Вчера на собрании говорили, что куратором будет сам декан, но, видимо, что-то изменилось.

— Взяли свои вещички и за мной, — привычно скомандовал физрук, мужчина, за плечами которого большая военная практика, а также работа в правоохранительных органах. Но Семён Яковлевич человек деятельный и сидеть дома на пенсии ему было скучно, поэтому он и решил реализовать себя на поприще учителя.