Книга Черная Хозяйка Проклятого Озера, страница 62 – Наталья Касаткина

И идея с обменом неожиданно имела успех. Обсуждая с Зареном, сколько товара нужно принести, чтобы получить желаемый пиломатериал, народ торговался напропалую и так увлекался, что все страхи словно забывались. Вот что с людьми делает азарт.

Так, постепенно, мы расширяли клиентуру. За Лесной потянулись другие деревни, один из солдат, приезжавших с виконтом, делал ремонт в доме матери, другой строил избу себе, потому что собрался жениться…

Через какое-то время приехал даже управляющий из графства Лавье и сухо сообщил, что ему поручено сменить паркет в нескольких залах. Сам мужчина при этом выглядел так, будто дал клятву не наступить на тот паркет ни ногой, но платил полновесными монетами, поэтому мне было совершенно все равно, подозревает он меня в намерении навести порчу через половые доски или нет.

И вот когда у нас появилась возможность получить недостающие материалы, я выбрала место под мой собственный будущий дом. Долго думать не пришлось. Конечно же, он будет стоять у самого озера.

С приходом весны расцвела не только природа. Виконт Лавье, передарив мне кажется все существующие в этом мире цветы, набрался смелости и перешел к более решительным действиям.

Виконт то касался моей руки, передавая список проживающих в Проклятых землях, и не сразу отдергивал пальцы, а чуть проводил по коже, словно лаская, и обмирал от собственной наглости. То вызывался поправить локон, выбившийся из прически, отчаянно при этом краснея.

Он влюблялся все больше, это было очевидно и не удивительно — он видел во мне нежную красивую деву, к тому же в беде, и рыцарское начало в виконте рвалось на помощь.

Я же с высоты своих настоящих двадцати восьми лет прекрасно понимала, что дело неминуемо идет к серьезному разговору, и оставалось только понять, какой результат этого разговора меня устроит.

Со списком проживающих тоже происходили метаморфозы. Я почти хихикала, представляя, как будет читать отчеты Его Светлость: вместо ожидаемой убыли, наше население медленно, но верно росло.

Приходили люди — голодные, оборванные, отчаявшиеся, и только посмотрев на них, я поняла, какой огромный шаг вперед мы все сделали за это время. Контраст между вновь прибывшими и теми, с кем я пережила эту зиму, был огромен.

И мы никого не прогоняли. Первый закон Проклятых земель гласил: здесь примут любого, кто не будет причинять вред. Так я и объявила на очередном общем собрании под недовольными взглядами Реста, который подозревал в каждом новом жителе опасного рецидивиста, и чаще всего, был недалек от истины. Хотя семьи к нам тоже приходили. Людям, потерявшим по разным причинам свои дома и имущество, больше некуда было податься.

Рест же набрал из парней такую дружину, что когда они собирались все вместе, серьезные и вооруженные, к нам покупатели боялись заходить. Поэтому я настоятельно просила его как-то аккуратнее следить за внутренним порядком, не создавая у людей впечатления, что на Проклятых землях сколотили банду и вот-вот двинутся на штурм герцогского замка.

Вновь прибывших заставлять работать не приходилось. Люди видели, как растут дома тех, кто сумел выжить здесь зимой, и надежда в их глазах разгоралась сама собой. И пусть жить новичкам приходилось во втором доме, который пока только чудом не развалился — с приходом тепла лесопилка переехала на открытый воздух — я рассчитывала, что к зиме хотя бы часть людей переедет в свое собственное жилье, и места в общаге освободятся. Мы там перезимовали — и они перезимуют.