Книга Черная Хозяйка Проклятого Озера, страница 61 – Наталья Касаткина

Вход будет прямо у границы, пусть самые несмелые хоть в окна заглядывают, любопытство — двигатель торговли. Рано или поздно, но каждому захочется пощекотать себе нервы и сделать тот самый последний шаг, чтобы отведать ведьмовской еды. Мы и пытаться не станем выдавать таверну за обычное заведение. Наше заведение стоит на Проклятых землях, и мы сделаем это своей фишкой.

— Веранда, — твердо сказала я Зарену, который таращил глаза на мой рисунок, нацарапанный на клочке оберточной бумаги, принесенной с рынка. — Большая крытая веранда, где мы поставим столики и откроем летнее кафе. Не пугайся, кафе — это та же таверна, только эта часть будет на открытом воздухе. Вот эти деревья трогать не нужно, построим прямо под ними, и летом они дадут отличную тень. Будем в жару сидеть в прохладе, пить чай и глазеть на проезжающих. И они пусть на нас глазеют и завидуют.

Дело шло бы быстрее, будь у нас другие материалы, кроме древесины, но зато древесины той было на любой вкус и потребности. Расспросив народ о качестве леса, и том, как каждое дерево лучше использовать, я разработала рекламную стратегию. Не может быть, чтобы никто не соблазнился такой-то красотой по сходным ценам.

— Зарен, ты для бани липу выбрал? — спрашивала я, убедившись, что неподалеку есть кто-нибудь из деревни. — И осину? Шикарно будет. Ох и хороши досточки, светлые, красивые, не темнеют и не гниют.

— Отличный брус! — не уставала я нахваливать штабеля березовых бревен. — Теплый дом у нас получится.

— Из вяза полы сделаем, паркет выйдет роскошный, — словно просто для разговора поделилась я планами с виконтом Лавье в один из его обязательных визитов, видя, что и солдаты заинтересованно прислушиваются.

— А еще из него мебель можно, — вдруг пришел мне на помощь Чудрый. — Он гибкий, у меня отец из вяза такую мебель делал гнутую, стулья во-о-т с такими спинками.

Чудный изобразил в воздухе что-то вроде венского стула, и я с энтузиазмом подхватила:

— И мы сделаем! Нам для обстановки такие очень подойдут. Отец ведь наверняка тебя чему-то учил?

Будущий краснодеревщик смутился от всеобщего внимания и что-то замямлил, но это было уже не важно, главное, тему ценности вяза мы осветили хорошо.

— Столешницы будут из клена, — бодро проговаривал выданный ему текст Зарен, показывая нашу стройку старосте Дагуру, а для демонстрации возможностей ольхи мы просто сделали рядом с поднимающимся срубом таверны небольшую коптильню и приготовили рыбу на ольховых стружках. Запах стоял такой, что я сама едва не побросала работу и не искусала полуготовых лососей. Красная рыбка горячего копчения! Словно я снова дома, и мне доступны любые деликатесы.

И все получилось.

— А вот если другие люди, не здешние, захотят себе досок сосновых дом изнутри оббить… Что с ними будет? — осторожно спросил меня староста Дагур, явившись к нам почти под покровом ночи. Я уже практически спать легла, пришлось обратно одеваться.

— С ними будет только теплый дом с красивыми стенами, — твердо заверила я его.

— Но покупать что-то с Проклятых земель… Такого и мой отец не делал, и дед, а прадед…

— А зачем обязательно покупать? — не дала я старосте Дагуру углубиться в его родословную. — Можно поменяться. Если, допустим, мы вот здесь оставим доски, а утром найдем гвозди и стекло… — Начнем с малого. Пусть убедятся, что все в порядке, потом и деньги понесут.