Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 94 – Николетта Фэй

У двери Селесты он останавливается. Она приехала на несколько дней помогать с архивом детей и сидит внутри с сыном. Аларик спрашивает через порог, можно ли войти. Селеста долго поправляет одеяло, хотя оно лежит ровно.

— На минуту, — разрешает она. — И не бери его без моего предложения.

Аларик садится на стул у двери. Смотрит, как мальчик тянет край её шнурка, и спрашивает о здоровье. Когда Селеста отвечает коротко, он не пытается выпросить ещё разговор. Через минуту сам поднимается и уходит.

Я замечаю, как он выдыхает уже в коридоре. Встреча далась ему тяжело, но он не превращает эту тяжесть в обязанность Селесты облегчить её. Это новое поведение действует на меня сильнее любых объяснений, и я почти злюсь за то, что замечаю.

После полудня я отправляю Аларика обедать с рабочими. Он спрашивает, может ли остаться у стены столовой, если свободных мест нет. Брина молча подвигает лавку. За столом шахтёры обсуждают водовод, но Аларик не перехватывает разговор, даже когда молодой мастер ошибается в расчёте уклона. Ждёт, пока тот закончит, затем спрашивает, учёл ли он весеннее проседание. Мастер сам исправляет цифру.

К полудню я начинаю различать его шаги среди остальных и каждый раз отмечаю, в какой комнате он находится. Низкий голос за дверью действует на меня раньше, чем я успеваю вспомнить причины держать дистанцию. Я продолжаю наблюдать: одного дня слишком мало, чтобы доверять этой реакции.

К вечеру привозят женщину из верхней деревни. Роды вторые, ребёнок лежит высоко, а мать уже не удерживает нужное положение. Муж повредил руку на стройке; Нелла и ученицы помогают, но каждый поворот отнимает у женщины силы.

Я прошу лишних выйти. Сердце ребёнка ровное, но на спине матери он не опускается. Нужно поставить её на колени, затем помочь присесть на схватке. Нелла справится с одной стороны; с другой нужен человек, который удержит вес и не потянет раньше команды.

Аларик во дворе держит снятую оконную створку, пока Рина меняет ткань в пазу. За шахтёром придётся посылать и объяснять. Я выхожу сама.

— Аларик, иди сюда. Вымой руки до локтей.

Он ставит раму к стене, спрашивает только, куда войти, и направляется к умывальнику. Рина показывает ему чистый фартук. Пока он моется, я возвращаюсь к женщине и спрашиваю, согласна ли она на его помощь. Та смотрит на мужа; мужчина первым признаёт, что одной рукой не удержит её безопасно.

— Пусть помогает, — решает она. — Только если вы будете говорить, что делать.

Аларик входит после разрешения. Не подходит к постели, пока я не показываю место. Женщина узнаёт бывшего генерала и на мгновение пытается подтянуть сползшую рубашку. Он отворачивается к стене, давая Нелле укрыть её чистой простынёй, и ждёт.

— Сядь на край кровати, — объясняю я. — Она обопрётся спиной на твою грудь. Руки проведёшь под её плечами, но не будешь поднимать. На схватке удержишь, чтобы она могла присесть. Если скажет отпустить — отпустишь сразу.

Аларик повторяет положение, чтобы я проверила. Раньше необходимость заставляла его слушать мои указания. Сейчас он ждёт, пока я поправлю его руки, затем спрашивает женщину, удобно ли ей его плечо.

Первая попытка не помогает. Мать сбивается, Аларик крепче удерживает её, и она требует ослабить руки. Он отпускает сразу; мы с Неллой подхватываем женщину.