Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 68 – Николетта Фэй

— Я не почувствовал её раньше. Без огня… всё стало медленнее.

— Значит, научишься смотреть и слушать, как остальные люди. Сейчас не разговаривай.

Он закрывает рот, но не глаза. Когда шахтёры поднимают его на носилки, Аларик пытается проверить, не остались ли архивы в воде. Я кладу ящик с пластинами ему на колени, чтобы он видел: доказательства вынесли. Это успокаивает его лучше любых обещаний.

Мы выходим через пробитую галерею. Дети ждут в верхнем зале, завернутые в шахтёрские куртки. Никто не прячется под кроватями: Эда сидит у стены, Ивен держится за её шею и сам показывает Рейну дорогу к лестнице, по которой их водили на «очистку».

Эда несёт сына на руках, хотя он уже велик для этого. На последнем подъёме Ивен просит поставить его, но она отвечает не сразу. Только прижимает щекой его волосы, затем опускает на ступень и даёт идти рядом, не выпуская ладони.

На поверхности снег кажется ослепительно белым после подземных ламп. У выхода собрались женщины родильного дома, шахтёры и солдаты Рейна. Альма стоит первой, а рядом с ней Селеста в тёплом плаще.

Увидев синее одеяло, Селеста сначала не двигается. Будто боится, что ребёнок снова исчезнет, если она потянется. Альма подходит сама и передаёт ей сына, придерживая локоть, пока женщина устраивает малыша у груди.

— Он ел? — спрашивает Селеста, не отрывая взгляда от маленького лица.

Альма отвечает, что дала несколько ложек тёплой смеси и проверяла дыхание всю дорогу. Селеста кивает, но слёзы всё равно скатываются по щекам. Она не благодарит меня красивыми словами. Только касается моей руки двумя пальцами, а потом возвращается к ребёнку, который уже ищет её запах.

Носилки Аларика ставят у стены родильного дома. Я осматриваю его снова при дневном свете, прошу Брину подготовить чистую комнату и горячую воду. Он пытается напомнить о Кассандре и легате.

— Ты сейчас мой пациент, — перебиваю я. — Это не означает, что между нами что-то изменилось. Это означает, что я не позволю человеку умереть у двери моего дома.

Аларик принимает границу без попытки использовать ранение. Кивает и позволяет занести себя внутрь.

Над площадью прокатывается тяжёлый хлопок крыльев. Снег с крыш взлетает белыми облаками. Один за другим над городом появляются имперские боевые драконы — в броне, с золотыми знаками Совета на груди.

Они замыкают круг над родильным домом.

Глава 28. Армия против родильного дома

Боевые драконы снижаются один за другим. Жар прижимает снег к площади, женщины закрывают детей плащами, но жители не разбегаются.

Первый дракон садится у колодца. Легат Мерран спускается на снег, а имперские солдаты перекрывают шахтную дорогу и площадь перед родильным домом.

Я отправляю Альму с Селестой и ребёнком в тёплую комнату, Брине поручаю детей из нижнего уровня. Только после этого выхожу на ступени, оставляя дверь открытой, чтобы услышать, если Аларику станет хуже.

Мерран оглядывает мокрых шахтёров, носилки и Кассандру, которую Рейн держит под охраной. На связанном запястье главы рода виден след серебряного провода. Легат замечает его, но не спрашивает, почему она задержана.

— Передайте имперской страже архив, найденных детей и оба кристалла, — произносит он так, будто продолжает разговор, прерванный несколько часов назад. — Мирель Вальден, Аларик Вальден и леди Кассандра отправятся в столицу. До окончания расследования дом переходит под управление врачебной палаты.