Онлайн книга «Замужем за Горынычем. Второй сезон»
|
— А я, – Анастасия защёлкнула портфель, пойду выяснять, как формулируется в исковом заявлении разница между «сделал всё» и «сделал то, что нужно». Подозреваю, что до меня это пытались сформулировать в основном поэты. Посмотрим, что скажет юриспруденция. * * * Следующие три дня агентство «Последний шанс» напоминало штаб небольшой, но принципиальной военной кампании. Забава вернулась от матери госпожи Сирач с исписанным блокнотом, пакетом пирожков и глазами на мокром месте. — Она хорошая, – доложила помощница, выкладывая пирожки на стол как вещественные доказательства. – Мама её, Клавдия Семёновна всё поняла, всё подписала. Знаете, что она сказала? «Люба просила у него здоровья для меня. Один раз, ещё до свадьбы, намёком. А он подарил мне абонемент в лечебницу с золотыми колоннами, где меня год лечили от болезней, которых у меня не было, потому что мою, настоящую проблему, там лечить было не по профилю». Представляете? У неё спина болела. Обычная спина! А её от родового проклятия семь раз чистили! — Это до брака, в дело не подошьёшь, – заметилКодекс из-за стопки фолиантов, за которой его самого было не видно, только был слышен голос. Сам Ворон же превзошёл себя. К вечеру второго дня на столе Анастасии лежала стопка выписок с закладками трёх цветов. Практика по подобным бракам с джиннами оказалась скудной, зато выразительной. — Дело тысяча девятьсот двадцать первого года, – докладывалКодекс , расхаживая по кабинету и постукивая пальцем по закладкам, как обычно делал клювом – Джинн исполнил желание жены «чтобы муж всегда был рядом» и уменьшил себя до размеров брелока. Формально исполнено, но суд тогда постановил, чрезвычайно обтекаемо, что «исполнение желания не должно противоречить его очевидной цели». Прецедент слабый, но он есть. Далее, дело сорок восьмого года… — А вот это уже интереснее, – Анастасия подчеркнула строчку. – «Дух желания устанавливается судом исходя из обстоятельств, известных исполнителю на момент исполнения». То есть вопрос не в том, что она сказала. Вопрос в том, что он знал. Пятнадцать лет брака,Кодекс . Он не мог не знать, как она живёт, чего боится, о чём мечтает. Либо знал и пренебрёг. Либо… — Либо не интересовался, – закончил ворон. – Что, строго говоря, ещё хуже. * * * Вечером того же дня Анастасия возвращалась домой пешком, ей хотелось проветрить голову от терпкого дыма, которым, казалось, пропитались все бумаги в агентстве. Горан вызвался встретить её у моста, и она издалека увидела высокую фигуру мужа у ярко освещённой витрины. Витрина принадлежала магазину «Аистёнок». За стеклом, среди пирамидок и плюшевых медведей, стояла крошечная деревянная лошадка-качалка, и Горан смотрел на неё так, как обычно смотрел на особо запутанные договоры, сосредоточенно, чуть наклонив голову, будто пытался понять устройство. Анастасия замедлила шаг. Но муж всё равно заметил её отражение в стекле раньше, чем она успела его окликнуть. Горан повернулся с самым непринуждённым видом, на какой способен трёхглавый змей, застигнутый у витрины с погремушками врасплох. — Тут неудачный замок на двери, – сообщил он вместо приветствия. – В детском магазине. Возмутительно это…нельзя так. — И не говори, – согласилась Анастасия. — Я оценивал, – муж замялся. |