Книга Ветер с Северного моря, страница 59 – Анна Морион

— Я понимаю, что вы не считаете менятаким джентльменом, но это не задевает меня. Я встречал таких, как вы, много раз, и ваше мнение обо мне не ранит меня, но показывает четко и ясно, насколько ограничен ваш разум всеми этими правилами, воспитанием и материнскими настояниями. Но я думал, что вы выше всего этого. Так мне сказала герцогиня. Она так восхваляла вас, что я не имел никаких сомнений в том, что мы найдем общий язык.

Эти слова, сказанные спокойным тоном, заставили Хелен нахмуриться: как? Он находит ее такой… Такой отталкивающе-гордой? Разве она не дала ему понять, что этот брак нужен и ей? Разве она не стала ответственной и умелой хозяйкой его поместья? Разве она не облегчила его жизнь своей заботой о его доме? Она вкладывает в это усилия и заботу, а он не замечает этого вовсе, и единственное, что его волнует – ее гордость?

— Это вы женились на мне! Это вы устроили этот брак! Пусть Вивиан пела мне дифирамбы – как вы могли вступить в брак с женщиной, о которой знали только со слов других? – возмутилась она, смело смотря в мужественное, красивое лицо мужа.

— Я позволил себе поверить в чудо, но теперь вижу, что чуда не случилось, – холодно бросил ей он, но затем глубоко вздохнул: – Но теперь поздно жалеть. Наш брак заключен, консумирован, и нам друг от друга не сбежать. Мы вместе стоит у штурвала огромного, неповоротливого корабля и должны научиться править им, несмотря на бури и волны. Иначе он разобьется, а мы с вами, и все, кто нас любит, утонем и станет пленниками сетей Ран.

Кто такая или такой Ран, и почему Ран ловит утопших в сети, Хелен не знала, но и не стала спрашивать: должно быть, это его норвежские штучки, от которых он никак не желает избавиться. Но она знала, что ее муж был прав: она стоит у штурвала и держит его вместе с ним, и, если она продолжит и дальше отказываться плыть с ним по одному курсу, если она так и будет высказывать свою обиду этим браком и недовольство мужем буржуа, этот брак станет еще более невыносимым, а дети, которые у них обязательно будут, будут расти в родительских ссорах и страдать о того, что их отец и мать презирают и даже ненавидят друг к друга. Но она не хотела такой судьбы. Не хотела всем своим сердцем!

— Вы правы, – поразмыслив, сказала Хелен, с болью смотря в глаза супруга.

Бьорн-Магнэ удивленно приподнял брови: она согласна с его доводами? Просто невероятно!

— Вы так считаете? – уточнил он, чувствуя к Хелен недоверие и не зная, как толковать ее слова.

— Нам пора прекратить сосуществовать и необходимо начать житьвместе. Разве вы так не считаете? – тихо, грустно сказала Хелен. – Вы обвиняете меня в том, что я слишком горда, но мне требуется время, чтобы привыкнуть к моему новому статусу. Я не могу так просто забыть о моем происхождении и принять ваш образ жизни.

— Я понимаю вас, Хелен. Причина не в вас, а в том, что общество слепо делит людей на классы, руководствуясь богатством, титулами или древними родами, а не умениями, умом и душевными качествами. Вы сами сказали, что вас воспитали ожидать мужа-аристократа, но, возможно, этот аристократ обладал бы уродливой душой и был бы злым и жестоким. Скажите мне, Хелен, такой муж был бы для вас партией достойней и лучше, чем щедрый, спокойный характером и уважающий вас и ваш покой буржуа?