Книга Ветер с Северного моря, страница 32 – Анна Морион

Поняв, что хмурится, Хелен усилием воли разгладила складку, легшую на ее чело, слегка приподняла брови и вновь устремила взгляд на лицо своего жениха.

— Девушка, которую вам прислали на портрете, – не я, сэр. – Вновь повторила Хелен, в этот раз без волнения, но все еще волнуясь. – И, если вы, увидев меня сейчас, считаете себя обманутым и больше не желаете жениться на мне, – вы имеете на это право.

Мистер Нордстранд широко улыбнулся, показав свои крепкие, красивые зубы. Его глаза, и без того теплые, стали еще теплее.

— Я не вижу никакого обмана, мисс. Портреты принято писать краше тех, кто для них позирует. Мой портрет Вам тоже приукрашивает меня, и я надеюсь, Вы не слишком сконфужены, встретив мою скромную персону вживую, – сказал он на идеальном английском языке, не запинаясь, но наполняя холл своим низким, бархатным голосом с мягким, но интересным акцентом.

— Я не получала Вашего портрета, сэр, – покачала головой Хелен: то, что он не находил Хелен хуже того портрета в галерее, польстило ей, но она отчаянно возжелала, чтобы он накричал на нее и прогнал ее и отца вон из поместья – тогда отец увидит, что этому браку не состояться, и тогда ее оставят в покое…

Пусть он красив! Пусть молод! Богат! Он ей совершенно не знаком! Она впервые в жизни видит этого мужчину! И… И каким он предстал перед ней? Без капли уважения к ней или себе самому! Одетый, как бедняк! В грязной, дешевой одежде!

— Не получали… Странно. Я велел прислать вам его, и меня уверили в том, что его доставили в Брайстед-Манор. – Мистер Нордстранд вернул свою спокойную улыбку. Он не пытался сделать к Хелен ни шага, и она была рада этому.

Оставаясь на безопасном расстоянии, в пяти шагах от него, Хелен чувствовала свободу слов и действий. Она могла говорить ему, все думала, не смягчая свою справедливую, по ее мнению, критику и острые замечания. Хелен совсем не думала о том, что еще минуту назад хотела сбежать из этого дома, стыдясь себя и считая, что он откажется жениться на ней. Но вот он – стоит перед ней, улыбается, говорит красивые слова… И отталкивает ее этим от себя, от этого дома, от ее будущей роли его жены.

Уверенный в себе, спокойный… Уверенный в себе? Скорее – самоуверенный, без меры!

— Сэр, я могу повторить еще раз: я не получала вашего портрета, – с нажимом сказала Хелен, не понимая, зачем он лжет.

— Он был доставлен вам в большой коробке, обитой синим бархатом. – Мистер Нордстранд, кажется, ничуть не смутился резкости ее тона.

И тут Хелен вспомнила: да, она получила эту коробку. Но тогда она была так обижена на Судьбу, что не стала открывать этот подарок от ее жениха. Так значит, там был его портрет! Ах, сколько бессонных ночей она сумела бы избежать, если бы в тот день пересилила свою гордость и решила бы взглянуть на подарок… Но она этого не сделала, и только что едва ли не прямо заявила о том, что он говорит неправду.

— Ах, та коробка… Ваш подарок, сэр, мне его и правду доставили, – не зная, что сказать и как оправдать себя в глазах жениха, призналась Хелен. – Но я… Я не открыла его сразу, так как была очень занята, а затем и вовсе запамятовала о нем… – Она сделала короткую паузу и затем, насильно выталкивая слова из горла, сказала: – Простите мне мою забывчивость, сэр.