Книга Единственная для офицера, страница 71 – Ева Енисеева

— И что вы сделаете? — я даже бровью не повёл.

Он улыбнулся — холодно, одними губами.

— У крупных бизнесменов в нашей стране всегда есть очень близкие друзья с большими погонами, майор. А ты человек служивый, подневольный. С тобой ведь в нашей жизни что угодно может случиться. Не здесь, во дворе, так на очередном задании. Дело-то житейское. Командировка в один конец — и привет.

Он сказал это спокойно. Как про погоду.

Я смотрел на этого человека и чувствовал, как кулаки чешутся съездить по этой холёной челюсти так же, как вчера Саньку. Не посмотрел бы, что он старше. Но сдержался. Ради Алисы.

— Сергей Павлович, — выдохнул я, заставив себя остаться на месте. — Ну в самом деле. Запугивать меня решили? Опоздали лет на пятнадцать. Меня люди посерьезнее под дулами автоматов пугать пытались. Не вышло.

— Я всё сказал. Не мешай лучше, Корсаков.

Он буравил меня взглядом ещё секунду, пытаясь нащупать слабину. Не найдя, резко развернулся, не прощаясь, и пошёл к машине. Сел на заднее сиденье. «Майбах» мягко, беззвучно тронулся и выехал со двора.

Я остался стоять у капота, глядя вслед.

В груди было паршиво. Не от его угроз — на угрозы мне плевать. Плавали, знаем. Паршиво от понимания, что этот упырь — Алисин отец. И родной дед моего сына.

Дверь подъезда хлопнула.

— Доброе утро!

Я обернулся.

Алиса шла ко мне — улыбающаяся. Рядом с ней, едва поспевая за её шагом, семенил Даня. Насупленный, руки в карманах куртки, шапка набекрень.

— Ты рано, — сказала она. Но стоило ей в упор увидеть моё лицо, как улыбка с её губ сошла. Она притормозила. — Что-то случилось?

Я посмотрел на неё, поймал этот тревожный взгляд, потом перевёл глаза на сына.

— Ничего, — соврал я, заталкивая злость поглубже. — Машину прогревал.

Алиса прищурилась. Не поверила ни единому слову — у неё с доверием ко мне вообще пока туго.

— Захар, — сказала с укором.

— Потом, — отрезал я.

Она проследила за моим взглядом на Даню и кивнула. Ладно, отложили.

Даня тем временем подошёл к моему внедорожнику, окинул его критическим взглядом снизу вверх и вдруг спросил, глядя куда-то в район радиаторной решетки:

— А у тебя машина быстрее “Майбаха”?

Я присел на корточки. Посмотрел на него.

— Не знаю, проверить хочешь?

Серые глаза — точная копия моих — на секунду вспыхнули чисто мальчишеским азартом. Но пацан тут же вспомнил, что у него со мной вообще-то война и забастовка, поэтому быстро взял себя в руки и снова насупился.

— Не очень, — буркнул он, отводя взгляд в сторону. — Просто спросил.

— Понял, — серьёзно, без подколок кивнул я, поднимаясь в полный рост. — Но если вдруг по дороге захочешь порулить — только скажи. Пущу тебя на переднее сиденье. Навигатором будешь.

Даня ничего не ответил, но в салон джипа полез уже с гораздо большим интересом. Алиса молча села на пассажирское сиденье, захлопнула дверь и бросила сумочку на заднее. В салоне сразу запахло её духами — чем-то сладким, цитрусовым. Этот чистый запах мгновенно выбил из башки всю ту грязь, которую только что вылил на меня её папаша.

Я сел за руль, повернул ключ. Джип сыто, мощно заурчал. Ну всё, поехали.

Я уже потянулся к рычагу коробки, когда Алиса вдруг повернулась ко мне и, натягивая ремень безопасности, обронила между делом:

— Кстати, папа звонил рано утром.