Книга Единственная для офицера, страница 64 – Ева Енисеева

Я медленно повернулась обратно, чувствуя, как наваливается свинцовая усталость. Нет… я жестоко ошиблась. Он вовсе не спокойно воспринял ситуацию. Наш маленький, умный мальчик объявил Захару войну.

Захар молчал.

Все молчали.

Каждый думал о своём. я думала о том, что нас троих ждала долгая, изнурительная и очень сложная притирка, и не факт, что в итоге получится счастливая семья.

Захар привык командовать мужчинами, привык решать проблемы силой и авторитетом, но против собственного маленького сына его армейские методы были бесполезны. Даня его возненавидит, стоит Захару только показать железную силу.

Здесь нужно было завоевывать доверие по миллиметру, пробиваясь сквозь глухую стену детской ревности.

Машина въехала во двор нашего дома и мягко остановилась у подъезда. Захар заглушил двигатель, но не спешил открывать дверь. Он несколько секунд просто сидел, глядя перед собой.

— Приехали, — тихо сказала я, поворачиваясь назад. — Даня, возьми вещи.

Сын молча первым выскочил из машины.

Он явно демонстрировал свою независимость и характер.

Я уже собиралась выйти следом, как Захар мягко, но крепко перехватил меня за запястье.

— Алиса, — негромко позвал он. Его голос звучал глухо, с какой-то затаенной, глубокой болью. — Он меня ненавидит.

Я повернулась к мужу. В его глазах было столько растерянности, сколько я не видела никогда в жизни. Могучий, несгибаемый Корсаков сейчас выглядел абсолютно потерянным.

— Он тебя не знает, Захар, — мягко вздохнула я, накрывая его руку своей ладонью. — Он боится. Для него ты — чужой огромный мужчина, который внезапно ворвался в нашу жизнь и заявляет на нее права. Ему нужно время. Нам всем нужно время. Пошли.

— Думаешь, надо? — спросил он.

— Надо, пошли.

Мы вышли из машины. Даня стоял у дверей подъезда, насупившись и пиная носком ботинка пушистый сугроб. Захар достал из багажника сумку, закрыл машину и уверенным шагом пошел к нам.

Дома Даня сразу же скинул куртку и обувь и, не сказав ни слова, ушел в свою комнату, громко прикрыв за собой дверь. Маленький бунтарь обозначил свою территорию.

Захар поставил сумку в коридоре и огляделся.

Он выглядел здесь как Гулливер в стране лилипутов.

— Я, пожалуй, пойду, — негромко сказал он, поворачиваясь ко мне. — Ему нужно остыть. Да и нам... надо переварить этот день.

— Захар, подожди, — я подошла к нему вплотную, заглядывая в усталые, обведенные темными кругами глаза. — Зайди хотя бы на кухню, я чай налью.

Он секунду колебался, а затем согласно кивнул. Мы прошли на кухню. Я поставила чайник, достала чашки, стараясь занять руки, чтобы унять внутреннюю дрожь.

Захар сел на стул, который под его весом жалобно скрипнул, и устало потер лицо ладонями.

Я засуетилась, начала что-то вытаскивать из холодильника, какие-то пирожки, печеньки, сыр…

Захар сграбастал меня за бёдра, прижал к себе, обнял крепко крепко, уткнувшись мне в живот.

Я мгновение ещё была зажатой и скоываной, а потом расслабилась, млея от его тепла — опустила руки ему на плечи, закрыла глаза от удовольствия.

И в этот момент дверь кухни тихонько скрипнула.

Глава 35. Алиса

Я дёрнулась, инстинктивно пытаясь отстраниться, но Захар не выпустил.

Он словно хотел удержать этот мимолётный островок покоя, который мы едва успели нащупать посреди бури.