Книга Последний мерзавец, страница 110 – Ольга Рузанова

— Жека. – протягивает руку, которую я игнорирую.

— Что я там увидел и услышал… Жека?

— А что?.. Рабочий прием, между прочим.

— Я тоже знаю несколько рабочих приемов. Показать?

— Не надо. – усмехается, делая шаг назад. – Скоро фестиваль… куда я такой разрисованный?..

— Узнаю, что ты ссышь в уши моей невесте, будешь строить глазки санитарке в хосписе.

— Выдыхай… нет у меня на нее видов. Я в отношениях.

— Твоя половинка знает, какими приемчиками ты пользуешься?

Опустив взгляд, высовывает кончик языка и касается им разбитой губы. Болезненно морщится.

— Нет.

— Может, просветить ее?

— Не надо…

— Сколько репетиций осталось? – спрашиваю, заметив, как из здания выходит Милена.

Увидев нас вместе, округляет глаза. В них страх.

— Фестиваль уже в эту пятницу. Не порти ей выступление. Она долго готовилась.

Спустившись с крыльца, двигается в нашу сторону короткими перебежками.

— Илья!

Танцор оглядывается на ее голос и, вынув ключи из кармана, щелкает брелоком сигнализации. Стоящий неподалеку белый хэтчбек мигает фарами.

— Пытался объясниться с твоим Отелло. – говорит он подошедшей Милене.

— Все нормально? – смотрит на меня с тревогой.

— Иди в машину, Милена.

Она мечется взглядом с меня на него и обратно и берет меня за рукав.

Жека снова касается разбитой губы и идет к своей тачке.

— Жду завтра на генеральный прогон. – бросает, удаляясь.

— Хорошо… пока, Жень.

Словив ее, полный вины, взгляд на его спину, беру за руку и веду к машине. Открыв дверь, жду, когда усядется.

Милена не перестает смотреть на меня, а я даю себе последний шанс, чтобы затушить пылающий в груди пожар и не спалить салон арендованного лексуса и ее саму заодно.

— Что он тебе сказал? – спрашивает тихо, едва я занимаю водительское кресло.

Все нормально. Мозг принял и пытается усвоить полученную информацию, но по инерции еще бомбит. Опустив стекло, запускаю внутрь холодного воздуха. Милена ежится, но молчит.

Опомнившись, закрываю окно.

— Подтвердил твои слова.

— Он сказал правду, Илья…

Тяжело сглатываю и завожу мотор.

Правильнее было бы слиться на время, чтобы очистить голову и вернуть себе человечье обличие.

— Илья… ну, согласись, это так глупо…

Не могу сейчас принять ее взгляд – напугаю до чертиков. Настроив печку, смотрю прямо перед собой, но в фокус зрения то и дело попадает рукав ее белой куртки или обтянутое джинсой колено. Фиксирую каждое ее движение.

— Предлагаешь взять и стереть память, Милена?.. Представь себя на моем месте.

— Я была на твоем месте!.. – восклицает, всхлипывая. – Мне не нужно это представлять. Я знаю, что ты чувствуешь!

Поворачиваю голову, и мы сталкиваемся с ней взглядами. Я дышу. Дышу, блядь, принудительно гоняя кислород через легкие. Отчаянно держусь за доводы разума и логику, но собственнические инстинкты продолжают агрессивно рычать. Всего несколько минут назад ее руки трогали другого мужика!

Милена не плачет, но ее глаза полны слез, нижняя губа еле заметно дрожит.

— Скажи мне хоть что-нибудь! – прошу бесцветным голосом. – Не молчи!.. Помоги мне с этим справиться, Милена!

Скинув лежащий на коленях рюкзак себе под ноги, она резко подается ко мне. Обвив руками шею, прижимается к губам.

— Я люблю тебя, Илья!.. Ничего не изменилось. Я так же сильно тебя люблю!

Пропускаю эту нежность через себя и, почувствовав боль во всем теле, только сейчас понимаю, до какой степени были напряжены все мои мышцы.